Category: политика

кот

Везут

Вспомнилось сегодня, не ведаю уж, по какой ассоциации. Училась я курсе на втором, и вот осенью пошла с утра по Каменноостровскому - прогуляться перед лекциями. Гляжу, всё перегорожено, милиции видимо-невидимо, оцепление. Сунулась перейти на другую сторону: не пускают. Подождите, мол, сейчас провезут.
- Кого провезут?
И тут милиционер, дядя такой за сорок, голубоглазый, кроткий, ну прямо соль земли, оборачивается ко мне и выдаёт:
- Кретина везут.

То, что у меня в голове промелькнуло, в книжках оформляется как
- ???
Но я благоразумно воздержалась от дальнейших выяснений. На пару припоздала, конечно.

Вечером читаю в газете: "Северную столицу посетил с кратковременным визитом премьер-министр Канады Жан Кретьен".
кот

Национальный вопрос

Ру-психолог обсуждает групповое изнасилование двенадцатилетней девочки, которое совершили израильские подростки. Мать несчастного ребёнка дала интервью; в комментариях было замечено, что акцент у неё русский. И тут модератор сообщает: нет, ни девочка, ни насильники не российского происхождения. И на словах "ни насильники" я так: Уф. Слава Богу.

А потом задумалась, интересно, почему слава Богу. Вспомнила только из Дины Рубиной:

Отлично помню момент, когда спустя несколько минут после убийства Ицхака Рабина, все «русские» кинулись звонить друг другу. И почти у каждого первым вопросом было:
– Кто он, кто?!
– Какой-то парень, израильтянин, – ответила я.
– Кто?! – чуть ли не в истерике задал мой друг тот же вопрос.
– Студент университета.
– Да, но кто он, кто?!!
И я, наконец, поняла вопрос.
– «Йеменит», – сказала я. И мой друг шумно выдохнул в трубку.
– Слава Богу! – произнес он, мягко говоря, бестактно. Но я знала – что он имеет в виду: слава Богу, что не «наш»…
кот

Про дядю Костю Иванова

Дело было в начале девяностых. Однажды у матушки на работе отключили свет, и все сидели, пили холодный кофе и трепались. А дядя Костя Иванов вдруг сказал:

- Я в Финляндию уезжаю.
- Зачем?!
- Жить. Я финн.

И рассказал такую историю.
В тридцатые годы, как известно, финнов-ингерманландцев выселяли из Ленинградской области. Строился Карельский укрепрайон, и быть одной национальности с вероятным противником было опасно. У деда дяди Кости была огромная семья - тринадцать человек детей. Ехать в Казахстан или в Узбекистан "добровольными переселенцами" в запертых вагонах отнюдь не улыбалось. Пошёл он в сельсовет: так и так, как сделать, чтоб не выселили? Ему сразу сказали - денег ты не суй. Ещё дальше того Казахстана уедешь. А выход есть - запишись русским.
- Как русским?!
- Так, русским. Сейчас ты, допустим, Пиетари Антерович Мякинен, а будешь Пётр Андреевич Мякинин. Можем устроить.
Крепкий финн махнул рукой и ответил:
- Да идите вы...
Вернулся домой, посмотрел там на детей - мал мала меньше, на самого младшего в колыбельке, плюнул, пошёл обратно в сельсовет.
- Я согласен.
- Ну, и как тебя записывать?
- Ивановым.
- ???
- Уж быть русским так быть русским.

Хитрость удалась. Новоявленные Ивановы пережили все выселения: и предвоенное, и блокадное, и самое масштабное - послевоенное. На меня эта история произвела тяжелое впечатление. Получается, сколько вокруг меня таких Ивановых. И Девяткино это несчастное, в котором я всю жизнь прожила, - никакое не Девяткино, а Ууси Мийна. И Кузьмолово не Кузьмолово, а Куйсмола, и Капитолово не Капитолово, а Копиттала. Токсово, то вообще не переименовывали. И отсюда везли сначала на грузовиках, потом в кошмарных теплушках без сортиров, брали детей в заложники, пока взрослые собирались... Кой чёрт я здесь делаю, чей хлеб заедаю, чью землю топчу? И где моя земля, что интересно бы знать?
кот

Вот как политика делается!

Читаю воспоминания А лександра Волкова. Подумать только, я ещё позавчера не знала, кто такой Александр Волков. Редактор журнала "Проблемы мира и социализма", выходившего в Праге. Этот журнал собрал под своё крыло коммунистов разных стран, и каждый внёс в несколько закостенелую идеологию своё неповторимое понимание.

А я-то ещё не верила в национальный характер.

Индийский коммунист:

Однажды я, полувшутку, полувсерьез, спросила Сараду, почему они в своей стране, где такая нищета, да еще закрепленная кастовостью, не сделают революцию. Наверное, множество нищих и голодных пошли бы на это. Митра ответил: "А кто их кормить будет? Нет, мы пойдем путем парламентской борьбы и последовательного преобразования страны!"

Индонезийский коммунист:

...как-то вот так с шуточками общались, встречаясь иногда неожиданно, но я всегда чувствовал в этом внешне веселом и беззаботном человеке некий внутренний надлом. А когда слушал его выступление в одной из западно-германских партийных организаций, где он рассказывал об авантюре прежнего руководства своей партии, о том, как люди сидели в местах сбора, созванные их вождями, с винтовками в руках, и все яснее сознавали бессмысленность этого вооруженного безделья, неизбежность своего ареста (а затем, как оказалось, и расстрела), мне стали понятны та неизбывная тоска и горечь, которые жили в нем.

Шведская коммунистка:

- Ты женщина, я женщина. Нам надо помогать феминисткам! Как ты относишься к однополым бракам? Я за то, чтобы женщина могла жить с женщиной! И что-то об этом надо опубликовать!
Светлане эта тема была поперек горла:
- Родни, но, по-моему, лучше нормально: чтобы женщина жила с мужчиной! Ты же сама была замужем!
- Как ты не понимаешь! Главное, чтобы она имела право!

[Родни Эман - как это имя может писаться латиницей? Хочется найти про неё информации побольше...]

Коммунист болгарский:

Побывал на Шипке, побывал в деревне, откуда был родом Вылко Червенков, самый жестокий здешний коммунистический правитель, сталинист. Крестьяне рассказывали, что когда он приезжал к отцу, они вдвоем хорошо поддавали сливовицы, Вылко уезжал, а отец открывал окошко, садился у него, обхватывал голову руками и, раскачиваясь, причитал:
- Бедная моя Болгария, она в руках моего Вылко!
В следующий приезд сын ругал отца (доносчики ведь всегда найдутся!). Мол, не посмотрю на то, что ты отец, посажу тебя, если будешь меня позорить.
- Что ты, что ты, не буду, – заверял папа. Но только сын уезжал после очередной попойки, отец снова садился у окошка, и вся деревня слышала:
- Бедная моя Болгария….


Люксембургский коммунист:

Когда ходили по городу, с ним многие здоровались. Но какие-то девушки, отмахнувшись от дымного хвоста, походя бросили через плечо:
- Фу, какая противная сигара!
И тоже молниеносная, хоть и шутливая реакция:
- Она не может быть противная, потому что дорогая!


Английский коммунист:

Были на одном металлургическом предприятии, где 8 человек выполняли работу, которой обычно занято 125 человек. Меня это поразило:
- Какая производительность! – сказал я завистливо.
- Какая эксплуатация! – прокомментировал по-своему Берт.

Венгерский коммунист:

- А ты вот знаешь, чем мы, люди из верхушки партийного аппарата, занимались ночами во время мятежа 1956 года?.. Ночами мы бегали по улицам Будапешта и рисовали на стенах фашистские знаки!
- ?
- Чтобы люди поверили в фашистский характер восстания!

Диалог немецкого коммуниста и советского:

- Вот если бы тебе в 41-ом или 43-м (он попал в плен, кажется, в 44-м) кто-то сказал, что через несколько лет ты будешь вместе с русскими делать сибирские пельмени, а потом вместе с ними сидеть за одним столом в самом центре Европы, в городе социалистической страны, и смотреть фильм про нашу войну, - как бы ты реагировал?
- Я бы, наверное, его убил или сам застрелился!
- Вот и я тоже. И двумя дураками на свете стало бы меньше.

Полностью читать здесь: 1 часть) http://russ.ru/pole/Redakciya-zhurnala-Problemy-mira-i-socializma-1958-1990
2 часть) http://www.russ.ru/pole/Redakciya-zhurnala-Problemy-mira-i-socializma-1958-19902


via pigbig