Category: криминал

Category was added automatically. Read all entries about "криминал".

кот

Минутка высокой поэзии

Как известно, 27 июня 1936 года было принято постановление ЦИК и СНК СССР, запрещавшее аборт. Его полное название: «О запрещении абортов, увеличении материальной помощи роженицам, установлении государственной помощи многосемейным, расширении сети родильных домов, детских яслей и детских садов, усилении уголовной ответственности за неплатеж алиментов и о некоторых изменениях в законодательстве о разводах». Встречен этот закон, естественно, был рукоплесканиями и приветствиями трудящихся. Итогами его принятия стало увеличение смертности женщин вследствие подпольных абортов, а также возрастание частоты детоубийств.

В следующем, 1937 году, поэт Дмитрий Кедрин написал вот такое стихотворение, озаглавленное просто и ненавязчиво:

Беседа

На улице пляшет дождик. Там тихо, темно и сыро.
Присядем у нашей печки и мирно поговорим.
Конечно, с ребенком трудно. Конечно, мала квартира.
Конечно, будущим летом ты вряд ли поедешь в Крым.

Еще тошноты и пятен даже в помине нету,
Твой пояс, как прежде, узок, хоть в зеркало посмотри!
Но ты по неуловимым, по тайным женским приметам
Испуганно догадалась, что у тебя внутри.

Не скоро будить он станет тебя своим плачем тонким
И розовый круглый ротик испачкает молоком.
Нет, глубоко под сердцем, в твоих золотых потемках
Не жизнь, а лишь завязь жизни завязана узелком.

И вот ты бежишь в тревоге прямо к гомеопату.
Он лыс, как головка сыра, и нос у него в угрях,
Глаза у него навыкат и борода лопатой,
Он очень ученый дядя - и все-таки он дурак!

Как он самодовольно пророчит тебе победу!
Пятнадцать прозрачных капель он в склянку твою нальет.
«Пять капель перед обедом, пять капель после обеда -
И всё как рукой снимает! Пляшите опять фокстрот!»

Так, значит, сын не увидит, как флаг над Советом вьется?
Как в школе Первого мая ребята пляшут гурьбой?
Послушай, а что ты скажешь, если он будет Моцарт,
Этот не живший мальчик, вытравленный тобой?

Послушай, а если ночью вдруг он тебе приснится,
Приснится и так заплачет, что вся захолонешь ты,
Что жалко взмахнут в испуге подкрашенные ресницы
И волосы разовьются, старательно завиты,

Что хлынут горькие слезы и начисто смоют краску,
Хорошую, прочную краску с темных твоих ресниц?..
Помнишь, ведь мы читали, как в старой английской сказке
К охотнику приходили души убитых птиц.

А вдруг, несмотря на капли мудрых гомеопатов,
Непрошеной новой жизни не оборвется нить?
Как ты его поцелуешь? Забудешь ли, что когда-то
Этою же рукою старалась его убить?

Кудрявых волос, как прежде, туман золотой клубится,
Глазок исподлобья смотрит лукавый и голубой.
Пускай за это не судят, но тот, кто убил, - убийца.
Скажу тебе правду: ночью мне страшно вдвоем с тобой!


Что более всего поражает в этом стихотворении? Нет, не комичная мужская уверенность, что должен родиться именно сын (или просто девочку не так жалко?). Не набивший оскомину вопрос "что. если он будет Моцарт?", на который так и хочется ответить рубинским "а что, если "он" будет таможенный чиновник, стервец, мошенник и казнокрад?" Не приметы красивой жизни: краска на ресницах. завивка, поездка в Крым. Поражает чёткий, уверенный переход от "мирно поговорим" к "убийца". Ну, хорошо, допустим, твоя жена - убийца. А ты сам выходишь - кто, морализирующий, умилительно непричастный?
кот

Кисии! Или гусии! как вам больше нравится...

Нашла у себя в загашниках перевод старой классической статьи по этносексологии. Из жизни восточноафриканской народности "гусии" или "кисии". Я не шучу, по этносексологии. Думаю, кому-то будет интересно. Ещё один штрих к утверждению, что абсолютных общечеловеческих ценностей нет и быть не может.

Сексуальные правонарушения у гусиев: исследование социального контроля [1].

Роберт А. ЛеВайн. Northwestern University
American Anthropologist, Volume 61, Issue 6,

Среди народности гусиев (юго-западная Кения) более двадцати лет крупной социальной проблемой, доставляющей немало сложностей как британской колониальной администрации, так и племенным вождям, являются частые изнасилования. Эта статья – моя попытка объяснить сложившуюся ситуацию и сформулировать некоторые общие гипотезы, касающиеся контроля над сексуальным поведением в человеческих сообществах.

Прежде чем вдаваться в подробности исследования, дадим определение изнасилования. В современной правовой системе округа Саут-Ньянза, где обитают гусии, принудительный гетеросексуальный акт квалифицируется как изнасилование (или, если девушка младше 16 лет, - растление), только в тех случаях, когда окружной судебный медик в результате осмотра устанавливает, что девственная плева предполагаемой жертвы недавно повреждена насильственным образом. Эти дела поступают на рассмотрение судьи-европейца, в окружной магистрат. Если с медицинским обследованием промедлили или же предполагаемая жертва не являлась девственницей, то преступление квалифицируется как «непристойное нападение» и слушается в африканском племенном суде, где председательствуют старейшины гусиев. Большинство сексуальных преступлений, таким образом, относятся ко второму виду. Сами гусии не проводят различия между изнасилованием и непристойным нападением. Принудительный же гетеросексуальный акт на языке гусиев описывается следующими терминами:
- okorwania – эвфемизм, одолеть девушку, женщину;
- ogotachira inse – заклеймить девушку, женщину;
- ogosaria – испортить девушку, женщину;
- ogotomana – участвовать в беззаконном совокуплении с девушкой, женщиной (сюда включаются супружеская измена и кровосмешение).

Некоторые из этих терминов могут быть со всей юридической точностью приложены к преступлению, законом оцениваемому как изнасилование или непристойное нападение; действие, которое они описывают, племя гусиев воспринимает как безусловно незаконное. В данной статье я буду использовать термин «изнасилование», обозначая им культурально отвергаемое подчинение, которое осуществляет мужчина с тем, чтобы принудить женщину к сексуальной близости. В понятие «изнасилование» будут включены также и преступления, квалифицируемые законом как «непристойное нападение».

Высокая частота изнасилований среди гусиев – не просто беглое впечатление исследователей. По самым сдержанным оценкам, основанным на судебных записях, ежегодное количество изнасилований и непристойных нападений составило в 1955-1956 годах 47.2 события на 100,000 населения [2]. За тот же период частота изнасилований в США была в городе 13.85 события на 100,000 населения, а в сельской местности 13.1 на 100,000 населения. На базе судебных свидетельств об изнасилованиях и растлениях (относительно редких), представленных в колониальный суд, мы можем сравнить гусиев с их ближайшими соседями луо и кипсиги. В 1955-1956 годах гусии (количество по переписи 1948 года: 237542 человека) обвинялись в сексуальных преступлениях 13 раз, тогда как луо (количество по переписи 1948 года: 270379 человек) – 6 раз, а кипсиги (количество по переписи 1948 года: 152391 человек) – 4 раза. Из этих данных, при всей их неполноте, очевидно, что гусии обвинялись в сексуальных преступлениях относительно чаще, чем их соседи луо и кипсиги вместе взятые. Итак, рассмотрев данные в сравнении, можно утверждать, что на данный момент количество изнасилований у гусиев чрезвычайно велико. Нельзя не отметить также, что годы, избранные для сравнения – 1955 и 1956 – были далеко не рекордными в плане количества сексуальных преступлений, хотя и не самыми спокойными. Так, в1937 году массовый взрыв изнасилований принудил колониальную администрацию к угрозам карательной экспедицией в земли гусиев, а также к ужесточению законов об изнасиловании. В 1950 году число заключённых насильников было так велико, что окружные тюрьмы не вмещали их. Отсюда видно, что сексуальные преступления на территории обитания гусиев – проблема долговременная и настоятельно требующая решения.
В дальнейшем я попытаюсь объяснить количество изнасилований в среде гусиев, представляя и анализируя данные об институализированных формах межполового антагонизма, освящённых традицией и современных ограничениях добрачной сексуальной жизни, различных мотивациях насильников и роли выкупа за невесту в подготовке и сохранении брака.

[1] - Данная статья – расширенная версия сообщения, прочитанного в ноябре 1958 года на ежегодной встрече Американской Антропологической ассоциации в Вашингтоне. Полевая работа, на которой основан анализ, проводилась среди гусиев с декабря 1955 года по май 1957 и была осуществлена благодаря Фордовскому Фонду. Я в неоплатном долгу перед Барбарой Б. ЛеВайн за её колоссальное участие в сборе и организации данных, перед Джоном У.М. Уайтингом и Беатрис Б. Уайтинг за теоретическое обоснование проблем социального контроля, перед Уолтером Б. Миллером за концепцию подобия между формами поведения, характерными для соблюдения и несоблюдения закона, перед Одри И. Ричардс за полезные предположения и критикую Ответственность за утверждения, содержащиеся в статье, - безусловно, моя собственная.
[2] - Я выбрал скорее недооценить количество изнасилований у гусиев, нежели выдвигать сомнительные предположения, исходя из доступных данных. В Гусииленде есть три африканских племенных суда, чьи юрисдикции иногда пересекаются: Манга, Куджа и Гесима. Ежегодный показатель количества изнасилования, указанный выше, базируется полностью на приговорах по «непристойным нападениям», выносимым судом Манга, с прибавлением весьма незначительного числа приговоров по изнасилованиям и «непристойным нападениям», выносимым колониальным судом. Манга рассматривает больше дел, чем остальные два суда, но не более половины от всех дел, слушаемых в африканских племенных судах. Объединив данные о преступлениях гусиев по суду Манга и по колониальному суду, я, возможно, преуменьшил истинное количество сексуальных правонарушений в два и более раза. Данные по численности народности гусиев, использованные для расчётов, - 270000 человек, а это почти на десять процентов больше, чем по данным переписи Сельскохозяйственного отдела (1948 год), что ещё заметнее снижает количество преступлений на 100000 человек населения.
кот

Интересный диалог в ру-психолог

Как раз по поводу нашумевшего поста "я стукнул жену". Жена, напомню, с психиатрическим заболеванием, антидепрессанты не помогают.

Комментатор-мужчина:  А как он может узнать диагноз?

Я: Спросить у жены. Ртом-с.

Комментатор-мужчина:  Депрессия. Ответ окончен. Так он и звучал, как помнится. Не знаю, какая там страна, но в России психиатры и самому пациенту часто не сильно диагноз сообщают.

Я: Хорошо. Депрессия, год на лекарствах (СИОЗС?), из улучшений одни ухудшения. Давайте набьём больной морду, авось ей полегчает.

Комментатор-мужчина:  Дак откуда мы знаем, депрессия или нет. Зачем бить морду? Автор не какой-то идеальный муж/партнер. Он просто не выдерживает и все. Хочет чтобы прекратилось - так или иначе. Что тут особенного?

Я: У меня муж сегодня всю ночь кашлял. Целый месяц уже ходит к ЛОРу, принимает лекарства - улучшений я не вижу. Раздражает страшно. Прямо не выдерживаю. Теперь я, кажется, знаю, как это прекратить.
Я понимаю, что ничего особенного нет. Те, у кого бронхит, иногда кашляют. Те, у кого психзаболевание, иногда буйствуют. Не надо быть идеалом человека, чтобы это иметь в голове.

Комментатор-мужчина: "Те у кого есть кулаки, иногда бьют"

Я: То есть избиения - это такое следствие наличия рук? Интересно. Очень интересно. Вспомнился анекдот "сажайте и за изнасилование, аппарат же есть".

Комментатор-мужчина: А скандаление - наличия рота?
Понимаете, у нас как-то полагается, что физическая агрессия - она как бы контролируется сознательно всегда а вербальная - вот нет, не контролируется. Но это ведь неправда. Видите, ведь совершенно не важно - есть у жены диагноз по DSM или нет и какой. Это важно ее психиатру. Не суть также кто прав и кто виноват. Суть ситуации в том, цто взаимодействие этих двих людей приводит к взаимной агрессии с переходом ее на физический уровень. И самый эффективный способ прекратить оную агрессию - прекратить взаимодействие. Вот и все. Именно это мы и советуем женщинам в ситуации - уходите. Почему мы должны говорить мужчине иначе? Риски для него не менее велики. Да, идеальный муж, который "в болезни и в здравии" мог бы постараться помочь жене преодолеть проблему. Но этот человек не идеален, у него нет ресурсов для ситуации - при его типе психики он тоже теряет над собой контроль. Он прямым текстом пишет, что боится уголовного преследовения и за свое финансовое благополучие. И самый разумный выход для него - уходить.

Я: Ну, что я могу сказать? Я очень рада, что человек. совершивший уголовное преступление, страшится уголовного преследования. Я, как бы это выразиться, нахожу сие весьма логичным.

Комментатор-мужчина: Именно. Разводись - а то посодют!

* * *

Добавлю от себя, что чем больше я перечитываю эту ветку, тем меньше я понимаю.
кот

Как моя бабушка обезвредила опасного преступника

Сегодня, в день снятия блокады, в этот прекрасный и благословенный день, когда принято ходить плакать на кладбище, мне хочется начать рассказ о своей бабушке, маминой маме. Когда началась война, ей было десять лет, и первую, самую страшную блокадную зиму она пережила в Ленинграде. За день до одиннадцатого дня рождения на рабочем месте погиб от голода её отец, Андрей Макарович Родионов. Летом 1942 года прабабушке с детьми удалось эвакуироваться сначала в Калининский район, потом в Сибирь. Жили очень трудно. Несмотря ни на что, бабушка вернулась в Ленинград, чтобы получить образование. Из-за тяжёлого материального положения пришлось забыть о своей мечте - стать учительницей словесности. В педагогическом училище не было стипендии, а поступать надлежало туда, где хоть несколько рублей да платят. Поэтому бабушка закончила техникум зелёного строительства по специальности "цветовод-декоратор" и работала в огромном цветочном хозяйстве в Куйбышеве.

Воспоминания о юности у бабушки одновременно лучезарные и очень горькие. Разгул насилия и преступности в послевоенном обществе - это не выдумка советофобов. Возвращаясь с работы, девушки из цветочного хозяйства запасались ножницами для обрезки роз и секаторами - ради самообороны. Много лет спустя, уже выйдя замуж за офицера и живя в военных городках, где все друг друга знали, бабушка сохранила обострённое чувство опасности. И, как выяснилось, не зря.

Однажды у деда были гости. Дед вообще отличался радушием и хлебосольством, а на бабушке лежала задача эти хлеб-соль и радушную атмосферу обеспечить. То есть целый день она готовила, потом накрывала на стол и занимала гостей, а вечером, ближе к ночи, перемывала горы посуды. Итак, у деда гости, он оживленно беседует, выпивает, закусывает, и вдруг бабушка трогает его за рукав:
- Юра, там кто-то кричит.
У деда была шаблонная фраза на все случаи жизни : "да ну тебя, самое!" Готова биться об заклад, что именно её он и произнёс.
- Нет, Юра, там точно кто-то кричит "Помогите!"
- Да ну тебя, Соня, тебе кажется.
- Юра, надо идти.
- Надо тебе, так иди.

И бабушка пошла. Предусмотрительно захватив с собой доску от забора. Крики впотьмах затихали, но она уверенно добралась до оврага, и что же там увидела?
Окровавленная, без сознания, на земле лежала жена одного из офицеров, и над ней склонялся мужчина, которого бабушка никогда раньше не встречала. Посторонний в военном городке - достаточно редкое явление, а это был не просто посторонний, а здоровенный детина, косая сажень в плечах. Такого и не захочешь, а запомнишь.  Так вот, мужчина этот расстёгивал штаны.

Чтобы понять дальнейшее, надо знать мою бабушку. Низенькая, очень полная, больная гипертонией и мучающаяся одышкой, она не колебалась ни секунды. Благо детина стоял спиной, она разбежалась и врезала ему доской по затылку. Преступник упал ничком. Бабушка ему добавила как следует и стала звать на помощь.

Тут, конечно, прибежал дед и прочие гости, кто с топором, кто с фонарём, вызвали милицию, пострадавшую отвели домой, и через полчаса она уже могла давать показания. Как выяснилось, мужчина, задержанный бабушкой, недавно отбыл длительный срок за многочисленные изнасилования. Только что освободился, сел на поезд, сошел где попало и отправился снова насиловать. Так моя бабушка обезвредила опасного преступника.
кот

Национальный вопрос

Ру-психолог обсуждает групповое изнасилование двенадцатилетней девочки, которое совершили израильские подростки. Мать несчастного ребёнка дала интервью; в комментариях было замечено, что акцент у неё русский. И тут модератор сообщает: нет, ни девочка, ни насильники не российского происхождения. И на словах "ни насильники" я так: Уф. Слава Богу.

А потом задумалась, интересно, почему слава Богу. Вспомнила только из Дины Рубиной:

Отлично помню момент, когда спустя несколько минут после убийства Ицхака Рабина, все «русские» кинулись звонить друг другу. И почти у каждого первым вопросом было:
– Кто он, кто?!
– Какой-то парень, израильтянин, – ответила я.
– Кто?! – чуть ли не в истерике задал мой друг тот же вопрос.
– Студент университета.
– Да, но кто он, кто?!!
И я, наконец, поняла вопрос.
– «Йеменит», – сказала я. И мой друг шумно выдохнул в трубку.
– Слава Богу! – произнес он, мягко говоря, бестактно. Но я знала – что он имеет в виду: слава Богу, что не «наш»…
кот

О "полноценности"

Это и для ЖЖ верно, и для любого другого средства информации: как только поднимается тема людей с ограниченными возможностями, сразу находятся люди с, ха-ха, неограниченными возможностями и начинают доказывать, что они
- неполноценные,
- непригодные для жизни, ах-ах, естественный отбор,
- что их надо избавлять от страданий, придушивая, видимо, подушкой во младенчестве,
- а кто думает иначе, те жалкие лицемеры, добренькие за чужой счёт, и под шумок жируют на сиротские деньги.

Хорошо. Признаю себя лицемеркой и за чужой счёт добренькой. Но хочу задать контрвопрос: каково чувствуется в роли Господа Бога, которому одному ведомо, кто достоин жить, а кто недостоин? Меня отучила от подобных забав байка, рассказанная одним из преподавателей медицины на первом курсе. Сразу оговариваюсь: за что купила, за то и продаю, если где-то ошибусь, пусть меня поправят.

В общем, этот преподаватель в далёкой юности проходил ординатуру, не то работал дежурантом в психиатрической больнице. И был у них там пациент-шизофреник с хорошей такой деменцией. Последние лет десять он практически не контактировал с окружающими. Ни речи, ни малейшей эмоциональной реакции. То, что в практике именуется руинированием психики. Дадут поесть - инстинктивно ест, не дадут - не просит. Ходит, извините, в штаны. Спит, как росомаха, где упадёт, не различая дня и ночи. Часами бродит по отделению, как маятник: взад-вперед, взад-вперед... Притом был этот шизофреник мужчина, что называется, в расцвете сил, огромного роста, косая сажень в плечах, силища невероятная... И приспособить эту силищу ни к чему не получалось. Дашь что-нибудь понести - он бросит и уйдёт. Даже на "круглое катать, плоское таскать" несчастный больной был абсолютно не способен.

И вот молодые врачи, собравшись тесной компанией, любили философствовать, что многие пациенты, в частности, этот могучий шизофреник, живут зря. Не живут даже, а существуют. Дарма хлеб едят. И не лучше ли их как-нибудь того... чтобы не тратить на них время и ресурсы ценных специалистов.

Но вернёмся к моему преподавателю. Однажды он дежурил в ночь, и в палату для психотиков привезли из КПЗ совершенно невменяемого, впавшего в буйство убийцу. Преподаватель отметил, что убийца был серийный, но даже если это и не так, всё равно он был опасен. Психотики самой субтильной комплекции способны на всё, что угодно, а это оказался дюжий дядя, весь в наколках. Так что вкололи ему то, что по инструкции положено, разместили в палате и... и с боем часов этот красавец ворвался в ординаторскую и схватил нашего преподавателя за горло.

Как он высадил дверь - об этом история умалчивает. Но преподаватель особо подчеркнул, что уже терял сознание, когда вдруг в дверном проёме выросла фигура богатыря-шизофреника. Он подошёл вплотную, поглядел ничего не выражающими глазами на дерущихся, положил убийце руку на голову и сделал одно мелкое движение. Хватка убийцы ослабла. Шизофреник одним этим движением свернул ему шею. И, не обернувшись на спасённого врача, продолжил своё хождение по коридорам: взад-вперед, взад-вперед....