Ольга Майорова (maiorova) wrote,
Ольга Майорова
maiorova

Categories:

Переучивание левшей в Западной Европе и США

Накануне Второй мировой войны специалист по вопросам леворукости мог бы сказать:
Левшей, не подвергнутых воздействию со стороны педагогов, фактически невозможно встретить во Франции. Мне лично известны лишь два случая, когда это воздействие не было достаточно сильным или продолжительным (каким бы оно ни было), чтобы не принудить к использованию правой руки при письме. В одном случае речь идет о молодом человеке, который до 7 лет отчаянно сопротивлялся всем попыткам научить его пользоваться правой рукой при еде, письме и рисовании, после чего его воспитатели опустили руки. Во втором случае <воспитатель> попытался ввести метод обучения, развивающий обе руки, и ведущая роль левой руки проявлялась все более явно [Ж. Тисс, «Библиографический и критический очерк по вопросу левшей» (J. Thyss, Etude bibliographique et critique du probleme des gauchers, 1946, p. 86). В том же году другой автор отметит: «Редко можно встретить левшу, которому родители позволили, без предварительной битвы, пользоваться левой рукой». Г. Бледе, «Левши. Исследование поведения, патологии и образ действия с ними» (G. Bloede, «Les Gauchers. Etude du comportement, de la pathologie et de la conduite a tenir», these de medecine, Faculte de medecine et de pharma-cie de Lyon, № 98, 15 fevrier 1946, p. 63). В 1950 г. мало что изменилось: «Вплоть до настоящего момента те левши, с которыми мы имели дело, были скрытыми левшами», см.: В. Коварски, «Обнаружение скрытых левшей» (V. Kovarsky, -Depistage des gauchers contraries-, Annales d'oto-laryngologie, t. 67, № 2/3, fevrier-mars 1950, p. 179-182 (p. 179)). В 1951 г. Хосе Альвес Гарсия пишет: «Абсолютные правши составляют значительное большинство в человеческом сообществе, т. е. 94%. Однако абсолютные левши, т.е. люди, которые все действия повседневной жизни и на работе выполняют левой рукой, в том числе и пишут левой рукой, достаточно редки. Вполне возможно, что большое число амбидекстров изначально были левшами, которых воспитание, школа или фабрика заставили скрывать естественные склонности», см.: «Трудности языка» («Les Troubles du langage», Paris. Masson a Cie, 1951, p. 19).].

Подумайте, насколько за полвека может измениться менталитет! В наши дни индустриальной демократии, в которых понятие отдельной личности занимает все более значимое место, когда права человека являются основной ценностью, никому и в голову не придет запрещать ребенку пользоваться левой рукой. По иронии судьбы теперь подобная попытка приравнивалась бы к психическим нарушениям.
В наши дни невозможно и представить себе то сильнейшее нравственное давление, которому подвергались дети-левши. Постоянно подвергаясь попыткам «вернуть его к праворукости» (именно так это и называлось), он подвергался бесконечным преследованиям во враждебном мире, который отказывал ему в праве быть отличным от других, чего сам ребенок, как можно предположить, не понимал. Анализируя чуть ли не сюрреалистические аргументы, которыми обосновывалась законность подобных действий, можно представить себе атмосферу абсурдности, царившую в те дни:
Чувство сродни отвращению, которое вызывает вид действий левши, объединяет как зрителей-правшей, так и самих левшей. Это доказывает, до какой степени мы привыкли отдавать главенствующую роль правой руке. Эта отвратительная неловкость открывается отцу и матери, когда они видят, что их дети пользуются левой рукой. Она заставляет их исправлять без промедлений и без жалости эту ужасную склонность [П. Ле Дамани. «Правши и левши» (P. Le Damany, « Drainers et gauchers», p. 77). Приведем также другой отрывок: «Для выполнения наших социальных функций необходимо, чтобы мы были правшами, иначе нас будут воспринимать, как ненормальных, практически как больных» (ibid. р. 76). «Родители должны следить за тем. чтобы их младенцы ориентировались на повседневное использование правой руки... При современной социальной организации, чтобы не было сбоев в ее работе, человек должен все более и более походить на серийную модель, а левши суть не более, чем перебои системы», см. Р. Пьедельевр, М. Деробер и М.Фуро. «Левши и правши» (R. Piedelievre. М. Derobert а М. Fourault, «Gauchers et droitiers». Annales de medecine legale, de criminology et de police scientifique, t. 14, 1934, p. 915-922 (p. 922))].
Педагогические меры, предпринимаемые в этом отношении, имели множество разновидностей, давая воспитателям возможность варьировать свое воздействие в зависимости от сложности случая и степени сотрудничества ребенка:
Побуждение: систематически подавать ребенку разные предметы, чтобы он брал их правой рукой.
Убеждение: «Сделай так славной ручкой», «Возьми своей милой ручкой», «Возьми ложку ручкой маленького Иисуса».
Разубеждение: «Левая рука - это рука дьявола», «Не прикасайся своей плохой рукой».
Унижение: подвергнуть ребенка граду насмешек («криворучка», «косолапый»), указывая на него, как на дурной пример.
Внушение чувства вины: «Это страшный грех — использовать левую руку».
Авторитарность: упреки, угрозы, наказания.
К нравственным способам перевоспитания часто прибавляли и физические методы воздействия:
Грубость: удары по пальцам, пощечины, наказание плетью и т.д.
Запрещение/ принуждение: физически ограничивать действие левой руки, чтобы ребенок пользовался правой [Все эти методы перевоспитания и сопровождающие их фразы (фразы в кавычках) были описаны в свое время разными авторами, в частности В. Коварски, «Леворукость» (V. Kovarsky, «La gaucherie»); II. Клингебиль, «Школьник-левша. От начальной школы до института. Исследования — портреты — установление равновесия. Практические советы для родителей и учителей». (P. Klingebiel, «Lecolier gaucher. De l'ecole maternele aux grandes ecoles. Examens — Portraits — Reequilibrations. Etudes pratiques pour les parents et pour les maitres». Paris, Ed. Socials francaises. 1963. p. 22-28). ].
Например, в одном из источников 1870 г. говорится:
В определенный период моего детства для того, чтобы подавить мои природные наклонности, мне привязывали ремнем на несколько недель левую руку к телу [P. A. Литгоу. «Леворукость» (R.A. Lithgow. «Left-handedness», Lancet. 1870. p. 660)].
Тот же случай, однако описанный с точки зрения врача:
Нам пришлось применить силу и привязать левую руку, чтобы заставить его пользоваться правой рукой. [Л. Жобер. «Сравнение левшей с правшами» (L. Jobert. «Les gauchers compares aux droitiers». p. 31). Некоторые авторы утверждают, что в отсутствие результатов ребенок мог оставаться в таком состоянии многие годы]

Даниель Уилсон (1891) рассказывает историю молодых родителей, которые, увидев, что их ребенок выказывает явное предпочтение левой руке, прибегли «ко всем возможным средствам, чтобы отучить сто от этого». Они привязали его руку за спину и, наконец, причинили ему столько физических мук, что стали бояться, что ребенок просто останется калекой»! сами же родители... были левшами! [Уилсон «Правая рука: леворукость» (D. Wilson. «The Right hand: left-handedness», Londres, New-York. MacMillan a Co, 1891, p. 146).] Позор леворукости настолько прочно укоренился в их сознании, социальное давление было столь велико, что они и не подумали избавить своего отпрыска от той жестокости, от которой сами они наверняка столь страдали в детстве.
Не менее трагичная судьба была и у американского художника Джозефа Пеннела (1857-1926). По мнению его родителей, он стал левшой в результате перелома правой руки в раннем детстве [E.P. Пеннел. «Жизнь и письма Джозефа Пеннела» (E.R. Pennel. «The Life and letters of Joseph Pennel», Boston, 1929, v. I. p. 11)]. Тем не менее, пока он учился в школе, его преподаватели во что бы то ни стало стремились «заставить его пользоваться правой рукой» [Ibid, p. 19].
Во Франции вплоть до 1960-х гг. эти методы, о чьей «мучительной природе» [В. Коварски, «Словесная глухота и скрытая леворукость» (V. Kovarsky, «Surdite verbale et gaucherie contrariee», extrait du Journal francais d'oto-rhino-laryngologie, № 3, fevrier 1953, p. 10).] умалчивали психологи, были распространены повсеместно:

В некоторых семьях плеть оставалась на столе все время, пока семья обедала, и каждый раз, когда ребенок спонтанно пользовался левой рукой, он получал удар плетью по пальцам
[Ibid, p. 11].

Люси, которой только исполнилось 7 лет, нам объявила: «Когда мы встаем, воспитательница оборачивает мою руку картоном и завязывает его тесьмой... Я пришла, чтобы она мне снова завязала... Да, и так пока мы не ляжем спать [П. Клингебиль, «Школьник-левша» (P. Klingebiel. «LEcolier gaucher», p. 25)].

Из-за постоянных репрессий ребенок жил в состоянии вечного страха. Если его природная склонность и не была столь сильной, а его характер — упорным, маленький левша постоянно испытывал неудобства. Если он не мог обмануть сам себя, он обманывал своих воспитателей:
Я спросил у него: «Ты написал это правой или левой рукой?» Он ответил после секундного замешательства, что писал правой. Я сказал ему, что никто не будет его ругать, тогда он признался, что писал левой рукой [B.B. Айленд. «О зеркальном письме и его связи с леворукостью и церебральным заболеванием» (W.W Ireland, «On mirror-writing and its relation to left-handedness and cerebral disease». Brain, vol. 4, 1881, p. 361-367 (p. 363)].

Из книги Ж.-М. Бертрана "Зеркальные люди"
Tags: детоньки, родители, школа
Subscribe

  • (no subject)

    Апатия такая, что скоро уже начну фотографировать из окошка закаты и публиковать в ЖЖ. Сегодня, кстати, и закат давали отменный — багровый, полосками…

  • Свежесть андерграунда

    А я ведь вчера ходила -- охти мне, чуть не написала «на экскурсию», а на самом деле молодые участницы и участники объединения artofintrovert…

  • Орехово: где поесть?

    Вот она, наша мухоморная клумбочка: Правда, прелесть? Кстати или некстати, а попросили рассказать, чем мы там питались. Уж конечно, не…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments