Ольга Майорова (maiorova) wrote,
Ольга Майорова
maiorova

Categories:

Список книг, март 2021 года, часть первая

Ксения Букша «Адвент» – эту петербургскую писательницу, родившуюся в Ленинграде, хорошо читать собраниями сочинений. Её небольшие, полные воздуха и мелкой мороси, романы как бы сами собой строятся в архитектурный ансамбль, развёртываются анфиладой, «Открывается внутрь» требует «Рамки», а за «Рамкой» виднеется «Завод «Свобода»», железобетонная громада-красавица... «Адвент» в этом ансамбле стоит особняком. Если в «Открывается внутрь» и тем более в «Чурове и Чурбанове» акцент делался на единение, на взаимоподдержку, на взаимную заботу, которую Город тайным образом генерирует сам, то в «Адвенте» утверждается самостояние, отдельность, отличность от других. Вы вчитайтесь в эти новеллы о скромной музыковедке Ане и программисте Косте – смерть на смерти, и гибнут-то молодые, дюжие, энергичные, а эти с депрессией и тревожным расстройством ничего, живут, дочь растят, словно бы вопреки Дарвину. А Дарвин никогда не утверждал, что выживают сильнейшие. Он писал: выживают наиболее приспособленные.

Исабель Альенде «По ту сторону зимы» – кому про фабулу, я кратенько набросала по ссылке: https://fem-books.livejournal.com/2090979.html, однако сразу предупрежу, фабула у Альенде никогда не основное. Главный здесь – ухающий, приплясывающий Эль Трауко, резвый сексуально озабоченный Пак чилийских гор и долин. Только он, только этот непотребный гоблин способен двух интеллигентных учёных впрячь в спасение малограмотной домработницы из нищей вечно воюющей страны и пустить их, презревших самосохранение и чувство пристойности, в нелепый данс макабр с трупом в багажнике. Впервые в биографии получаю подобное с Альенде: и бросить невозможно, и сидишь молишься, когда же наконец морок спадёт и бред рассеется. Не отрицаю добрых побуждений романистки, её социальной ориентированности, её искренности, только все мы знаем, чем вымощена дорога в ад. Солгу, ежели стану утверждать, что было скучно, а возвращаться, к сожалению, не стану. Пока не собираюсь возвращаться, во всяком случае.

Ребекка Солнит «Мужчины учат меня жить» – безотчётно симпатичный с самых первых страниц сборник очерков, преимущественно на американскую тематику: https://fem-books.livejournal.com/2086839.html. Впрочем, и в нашем богоспасаемом государстве можно многое взять на заметку, не столько темы как таковые, сколько отрадный тон неизменной корректности, нравственного отказа переходить на личности и кадить чему попало, абы оно выглядело «идеологичненько». Эссеистка и проблему под ковёр не заметает, и ощущения многодневного интернет-полыхания не вызывает. Ндравится. Неприятный момент: всё радовалась, как здорово выглядит сборник на полочке рядом с «Тихим пикетом» Дарьи Серенко, схожим по оформлению и шрифту обложки. Во, думаю, что значит талантливые люди талантливы во всём, стоило попробовать себе в качестве книжной оформительницы, и сразу дизайн пригодился целой серии! Оказывается, ни рубля за пресловутый дизайн его создательнице не уплатили. И хуже того, согласовать как-то с нею не соблаговолили. Sancta simplicitas.

Марион Пошманн «Сосновые острова» – отзыв долго не вытанцовывался, а затем написался в полчаса, как стихи на случай: https://fem-books.livejournal.com/2093113.html. Давно забыт жанр поэмы в прозе, давно и незаслуженно. В принципе, немка Пошманн гораздо радикальнее и бодрее своей нидерландской соперницы/соперника М.Л. Рейневелд, получившей за свою семейную сагу, классическую, старинную и тянущуюся, как семейный ужин с упитанным тельцом, международного Букера. «Сосновые острова» жюри не оценило. Ей-ей, это больше говорит о жюри, нежели о произведении. Я со своей стороны, едва вынося всяческие европейские снобские шинуазри и жапоналии (термины-то каковы!), атмосферой «Островов» и старым ворчуном Сильвестером сперва заинтриговалась, а затем прониклась до смешного, самой себе на изумление.

Гильберт Сильвестер прежде всегда категорически не принимал страны с повышенным потреблением чая. Он путешествовал в страны кофейные — Францию, Италию; после посещения очередного музея баловал себя чашкой кофе с молоком в каком-нибудь парижском кафе или в Цюрихе заказывал себе кофе со взбитыми сливками; он любил венские кофейни и все культурные традиции, с ними связанные. Традиции ясности, четкости, присутствия, различимости. В кофейных странах все ясно и очевидно. А в чайных — сплошь туман и мистика. В кофейных странах так: заплати немного денег — получишь что хотел, даже немного скромной роскоши, если приплатишь сверху; в чайных странах, чтобы получить то же самое, приходится изрядно напрягать воображение. Никогда бы не поехал по своей воле в Россию, в страну, где ты вынужден задействовать фантазию для самых банальных повседневных вещей, даже если речь идет всего лишь о чашке нормального зернового кофе.

Александр Герцен «Былое и думы» – здесь те, кто меня давно знают, могут удивиться: я Герцена ценю, люблю, можно констатировать, он мою судьбу определил в какой-то мере, я перечитала всё, до чего дотянулась – а с «Былым и думами» вышел затык. До шестой книги почти наизусть готова пересказывать про сюссептибельную Серафиму и злополучного Небабу, ненаглядных моих горемык, восхищаться сиянием герценовского остроумия, хлёсткостью характеристик, невообразимым богатством лексикона – черпай не вычерпаешь. Но со смертью Н.А. наступал полный аллес. После неё – как после извержения вулкана, один пепел глотать. И вот я воспользовалась свободным временем и решила всё-таки завершить эпопею. Осталась горько вознаграждена этим самым пеплом последних томов – прежняя острота, дерзость, прежняя резкость дискуссии, прежняя жажда справедливости и невозможность эту жажду хоть как утолить. Как душенька летучая чудная, Психея ушла, а одинокий дух остался молча плакать.

Наталия Лойко «Шкатулка с набором» – что могу сказать, до «Дома имени Карла и Розы» и уж тем более до «Восемнадцати сестёр» «Шкатулка» не дотягивает. Больная антиалкогольая стма с хэппи-эндом, мудрые наставники, которых отчаянно пытаются показать нестереотипно, даровитые ученики и ученицы, которых ещё более отчаянно пытаются показать нестереотипно, мальчик любит девочку, девочка любит мальчика... И ожогом: у мальчика родители в Ленинакане. Год 1979, почти десятилетие до катастрофы. Н. Лойко уйдёт из жизни в 1987-ом, она даже не узнает. И всё же, почему Ленинакан?.. Вопрос риторический. Самое любопытное, что в «Шкатулке» таится – рабочие будни техникума искусств, например, экзамен, который комиссия принимает у игрушек. Будет ли занимательна эта кукла или эта тележка для малыша или, как к Чебурашке, никто в магазине не подойдёт? Актуальна ли эта птаха? Отвергнем или пусть живёт? Это легкомысленное «пусть живёт» эхом отзывается в ушах самих студиозусов, будто говорят о них, обсуждают их будущее. Пока тектонические плиты тихо ворочаются.

София Сеговия «Пение пчёл»https://fem-books.livejournal.com/2089042.html. Поначалу решила обозначить стандартным «уютное чтиво», а потом схватилась за голову. Премиленькое уютное чтиво, про пандемию испанки, необъявленную кровную месть и неговорящего парня с заячьей губой и волчьей пастью. Нагромождением кошмаров, подчёркиваю, «Пение пчёл» не выглядит. Тонная-фасонная, лирическая местами сага о добрых плантаторах и злодее, мучившем несовершеннолетнюю дочь дымом от кайенского перца. Шут его знает, не делать бы главного гада до столь немыслимой степени гадом, и принималось бы легче. А, к чему придирки? Сеговии видней, кто там в её родном Монтерее гад и до какой степени. Эль-Трауко удалось-таки меня смутить: после чилийки Альенде и мексиканки Сеговии косяком пошли пять подряд латиноамериканских художественных книг, и так уж звёзды совпали, что я ими всеми премного довольна.

Инес Гарланд «Камень, ножницы, бумага» – отличная на самом деле штука, зря я в сообществе брюзжала: https://fem-books.livejournal.com/2091894.html, но я брюзжала почему? Не всё, что пишется о подростках и молодёжи, должно квалифицироваться как предназначенное для подростков и молодёжи, тем более в современном расширительном понимании, когда «подросткам» может оказаться и десять-одиннадцать. В этом возрасте, скорей всего, «Камень, ножницы, бумагу» не поймут, не примут. Да и более старших подробное описание разлагающегося трупа животного или картины на эротический сюжет запросто смутит. Гарданд как будто бы видит свою задачу именно в том, чтобы смутить, растолкать, расшевелить пробуждающееся самосознание, выбить из привычной колеи. Тем не менее, вполне представляю, какие уроки вынесла бы из романа в собственные отроческие годы: не искать близости, вести максимально замкнутую жизнь, ценить родителей, даже если они раздражают, и, Боже упаси, ни под каким видом не соваться в политику.

Тове Дитлевсен «Юность» и «Зависимость» – разом купила и залпом прочитала, предварительно перечитав «Детство». Трилогия задумывалась как цельный организм, с головой, туловищем и хвостом! Но если в «Детстве» мы созерцаем происходящее преимущественно глазами Тове, то «Юность», как это юности и свойственно, добавляет взгляд со стороны. И этот взгляд, увы, недобрый. С точки зрения героини, героиня колеблется, стесняется, тревожится, горюет, мечется, эт цетера, эт цетера. С точки зрения окружения, она пробивная эгоистка, добивающегося всего, чего ни пожелает. Хоть непыльной работёнки, хоть публикации в ведущем журнале, хоть богатого и влюблённого содержателя. И, что характерно, сама Тове очень умная девушка, гораздо умнее, чем я, например, была в её лета, и она это превосходно осознаёт. Поэтому в наркотики и ринулась. Сколько-нибудь сенситивный человек, а поэт по определению сенситив, с трудом и кровью выдерживает завистливые хоры «Ах ты гадина», сопровождающие каждый удачный шаг. Буде за успех съедают, надо себе перекрыть все ходы и выходы – чем и выжить. «Зависимость», м-да. Всё я гадала, как датское gift, которое одновременно брак и яд, переведут на язык родных осин. Выбрали «Зависимость». И если в «Юности» Тове желала сделаться ли датской поэтессой №1, семьянинкой с домом-полной чашей или там, я не знаю, озолотиться, то в третьей части она хочет уже только петидина. И к финалу забудет, как его расхотеть.
Tags: книги, список книг
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments