Ольга Майорова (maiorova) wrote,
Ольга Майорова
maiorova

Categories:

«Части света», год 2020

Приехали на фестиваль мы всей семьёй, заранее, чтобы не болтаться в очереди, но охранники развели руками: запуска пока ещё нет. Отошли чаю выпить на десять минут -- и ага! громадная очередь в лучших петербургских традициях, вежливая и тонная, но всё же очередь. Я нервно поглядывала на часы. Мою любимую группу «Намгар» в расписании поставили первой, и очень бы хотелось успеть на неё вовремя, а не слушать первые песни из-за забора. Бурятский коллектив в этот раз немножко обидели, и поставили первыми, на разогрев, что всегда сложно, и вместо часу на выступление дали всего пятьдесят минут. Какой там ёхор? Публика ещё только собиралась. В этих условиях Намгар Лхасаранова и её соратники не растерялись и так дали жизни, что мокрые и мёрзлые ленинградцы под ритмы степных кочевников уже и хоровод водили. Одно из лучших, если вообще не лучшее выступление фестиваля.

Из хореографических мастер-классов мы успели на два, а на третий, на ирландщину, только поздороваться. Зато чукотские и эскимосские танцы передвинули в расписании, и наконец-таки мне удалось на них попасть. Гештальт прошлого года закрыт. «Энэр», вы великолепны. По гамбургскому счёту, пора копить на билеты и ждать полномасштабного выступления. Отточенные движения пляшущих, чукотское горловое пение на вдохе и выдохе, невероятно реалистичное подражание хорканью оленя и чаячьим крикам. Кроме того, я вместе со всеми скакала, как завцеха товарищ Сатиков, подражая движениям работниц зверофермы, кормящих песцов. И такой танец есть.

Моррис-данс исполнялся по всей форме, со своей музыкой - скрипкой и аккордеоном, а также с бубенцами на обуви, рукавах и шапках, с палками -- неслабыми суковатыми дубинами из разряда "не дай Бог в тёмном переулке". Костюмы были гротескные, отделанные разноцветными лентамив виде лохмотьев. В таком развевающемся наряде просто подпрыгнуть -- и эффект необычайный. А уж вычерненные углём лица вызвали понятные вопросы: уж не изображаете ли вы углекопов? Руководитель действа сострил:
-- А мы скрываемся. Маскируемся.
Это вот бордер-моррис называется, в определённых районах, в приграничье, положено чёрным или красным покрывать физиономию. Почему -- вопрос дискуссионный, этнографы до сих пор ломают копья. Сейчас уже так не делается.

Про Маркшейдер Кунст ничего определённого сказать не могу, кроме одного: они были как из другого перевода. Или, если оставаться в русле музыкальной терминологии, из другой оперы. При всём пиетете, а пиетет у меня за двадцать пять лет никуда не делся, и «Фридом», и «Танец бабушки бомжа» были бы гораздо уместнее на другой, не-этнической сцене. Зато мы успели провести время в лектории, под небольшим навесом, где скопилась очень плотная толпа: школа интуитивной музыки «Альгамбра» обучала играть на ханге, многим известном под названиями поющая летающая тарелка или глюкофон. Под моросящий дождик сменяли одна другую нежные инопланетные импровизации. Эмила задремала у меня на коленях, исправно просыпаясь, чтобы поаплодировать. Интуитивная-то музыка интуитивная, а одна преподавательница почтенной школы, держитесь за стул, закончила консерваторию и в ней же и работает. Я постеснялась спросить, по классу какого инструмента -- а может быть, у нас кафедра ханга уже основана.

Кстати, о консерватории. Ольга Глазова была сегодня в ударе, провела и гусельный мастер-класс, и совершенно роскошное выступление на малой сцене. Да, дома на диване это всё слушается иначе, чем на открытом воздухе. И да, futurefolk, что бы этим звонким термином ни называли, -- далеко не тот фольклор, к какому мы привыкли. Материал сложный, труд благодарный.

Oyme представляли собой поволжские традиционные песни, положенные на довольно жёсткую электронную основу. Четыре вокалистки в расшитых нарядах учили нас петь и улюлюкать, как апачи в гэдээровских фильмах, заклиная птиц принести нам тепло. На сценепроизошла даже некоторая дискуссия: придёт ли тепло на следующий год или уже сегодня. Для себя я поняла разницу между эрзянским и мокшанским языками: если я ещё улавливаю знакомые слова, то эрзя, а если вообще ни словечка не понимаю, то мокша. Разрекламированный Борисом Борисовичем Гребенщиковым (у кого что болит, уж извините) посох мужского плодородия, увенчанный конской головой (а вы предположили бы -- чем?), я как-то не разглядела. Одна дама делилась, как у них в деревне эту люляму делали из обыкновеннейшего печного ухвата и вручали свахе. От количества ударов этим девайсом о землю неким таинственным образом зависит количество детей в семье. "Да," -- с чувством добавил кто-то, -- "тут пересол хуже недосола".

Тут мы очнулись, что отчётливо смеркается и колотун, и заторопились домой. Конечно, очень хотелось послушать джаз на дудуке и собственно «Аквариум», на который шли, шли и шли -- полконцерта уже прошло, и даже больше, а публика валила валом. Однако пора и честь знать, тем более холодало. Спасибо, здорово время провели.
Tags: женские голоса, отзывы
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments