Ольга Майорова (maiorova) wrote,
Ольга Майорова
maiorova

Categories:

Любовный напиток, лирическое отступление. Портрет шарлатана

Комическая опера никогда не упускала возможности выставить в смешном виде профессию врача. Вспомним хотя бы доктора Бартоло в "Севильском цирюльнике" или появление служанки, одетой лекаря-месмеристом, в "Так поступают все женщины". Зал валялся весь. Зато и наглядная агитация против альтернативной медицины, в частности, магнитотерапии. Есть даже целая опера-буфф, посвящённая похождениям шарлатана: "Чудесный маг". Написал её польский композитор Кароль Курпиньский, автор всем знакомой "Варшавянки". С учётом популярности разного рода магов и волшебников постановка тоже бы не помешала. Доницетти вводит в действие "Любовного напитка" обаятельного врача-мошенника, чтобы дать сюжету возможности для развития. В противном случае эта тягомотина "любит-не любит" могла бы продлиться вечно...



Dulcamara — видовое название паслёна сладко-горького, ядовитого растения, используемого в медицинской и ветеринарной фармакопее различных стран мира. Сладковатые ягоды паслёна используются в кулинарных целях, но не всегда с благоприятным результатом.



Помните, у Кассиля в "Кондуите и Швамбрании":

Кроме того, от малявок, когда они отвечали урок у кафедры, так несло махоркой, что бедную Матрону едва не тошнило.
— Не подходите ближе! — вопила она. — От вас, пардон, несёт.
— Пирог с паслёном ел, — учтиво объяснял малявка, — вот и несёт от отрыжки.
— Ах, мон дьё! При чем тут паслён? Вы же насквозь прокурены…
— Что вы, Матрё… тьфу! Матрона Мартыновна! Я же некурящий.


Другую сторону пагубного воздействия дулькамары на организм приоткрывает его народное название: бздника или бзника. Культурные люди говорят "поздника", но мы-то с вами знаем!.. Так что доктор Дулькамара выбрал себе псевдоним пусть и в честь растения лекарственного, но не лишённого дурной репутации.

Явление весёлого мошенника, торгующего спиртным под видом целительных снадобий, традиционно проходит максимально пышно. Во времена Доницетти Дулькамара въезжал на сцену в раззолоченной карете, запряжённой живыми лошадьми, под звуки трубы, на которой наигрывал слуга. В одной постановке Метрополитен-опера — спускался на воздушном шаре. В нашем случае транспортом была разукрашенная ручная тележка, которую вкатывал всё тот же слуга, уже нам обещанная партия без речей. Кстати, в этой роли артист миманса по традиции гримировался африканцем и облачался в национальную одежду согласно представлениям костюмера о тропических нарядах. Экзотика была в моде. На наше счастье, персонажа мазать сажей не стали, а костюм представлял собой условно-востояную фантазию с турецкой феской. Слуга потряс. Если бы он запел, он бы более сильного впечатления не произвёл, потому что сильнее было некуда. Абсолютно последовательный трагикомический образ, вызывающий в памяти неприкаянных персонажей Островского, всех этих Шмаг, Аркашек, Робинзонов... То есть человек и сознаёт, что занимается незнамо чем, и перестать не в силах.

Доктор Дулькамара производит несравненно более благополучное впечатление. Udite, udite, o rustici [Слушайте, слушайте, пейзане!] — провозглашает он роскошным басом, разряженный как новогодняя ёлка (ещё одна традиция), бряцающий поддельными медалями, машущий в воздухе тряпичными аксельбантами... Мужчина-праздник. Надевая же тёмные очки совершенно абадонновского вида, доктор представал воплощением Судьбы. И сам отчасти понимал это.

Не раз посещало чувство, что роль мелкого мошенника тесновата Дулькамаре, королевство маловато. С его предприимчивостью, с его красноречием и проникновенностью, с его амбициями наконец — почему он не актёр, к примеру, не антрепренёр театральной труппы? Не импозантный супруг какой-нибудь зажиточной вдовушки? Если уж торговать — неужели не найдётся, чем поблаговиднее торговать, кроме поддельных зелий от чоху, от гомозу и от жениной журьбы? Не-ет, Дулькамару не мишурная атмосфера веселья прельщает, хотя он умеет её создавать безотказно. Например, в сцене неудачной свадьбы Адины и сержанта он легко подымает всем, включая заплаканную невесту, настроение, исполнив забавные куплеты. Этот дуэт, баркарола о Нине-гондольерше и сенаторе Треденти, я бы назвала лучшим комическим номером во всей опере. Адина в роли гондольерши мило увиливала от комплиментов. Старец сенатор притоптывал и залихватски присвистывал, как сквозь неплотно пригнанную вставную челюсть. Слуга же долженствовал представлять Джаннетто-джовинетто, молодого избранника Нины, но, предоставленный самому себе, вообразил себя морским чудовищем, то и дело выныривал из-под импровизированной гондолы и хватал всех за ноги. Будете слушать — осторожно. Мелодия привязывается. До сих пор хожу бухчу под нос:

Тили-тили, тра-лала,
Фа феличе 'н сенатор.


А Адина сладким голосочком: Эчеленца, я сенатора не стою!

Трух зайцев Дулькамара убил: и невесту развлёк, и гостей очаровал, и выразил своё отношение к неравному браку. Саму свадьбу, впрочем, он не почтил своим присутствием, сбежав обратно к накрытому столу.

Le feste nuziali,
son piacevoli assai;
ma quel che in esse
mi dà maggior diletto
è l'amabile vista del banchetto.

[Брачное торжество куда как прекрасно, но с моей точки зрения самая большая услада — восхитительный вид пиршества]
Стариковски ссутулившись, доктор Дулькамара угощается остывшим жарким. О чём-то он думает сейчас? Что у него впереди? Не мелькает ли мысль переквалифицироваться в управдомы? Вполголоса он напевает свою баркаролу: мой кумир, не будь сурова. Тут врывается в рыданиях Неморино:
— Доктор! Доктор! На меня не подействовало!
Дулькамара, роняя куриную ножку в бешамель:
— То есть как не подействовало?
— А вот так, не подействовало. Доктор, сделайте что-нибудь, мне нужно быть любимым сегодня же, сейчас.
Дулькамара справляется с собой. В конце концов он вот-вот уезжает, и вся эта чехарда с женихами имеет для него скорее энтомологический интерес.
— Увеличьте дозу, юноша.
— Одолжите мне под честное слово.
— Увольте, в долг не лечим!
Бедолага тенор, уже с рёвом:
— Денежек нет.
— Ну хорошо, — басит Дулькамара, окончательно замороченный, — найдёте деньги, я жду вас в гостинице. *в сторону* Помоги мне Господи, у него идефикс!
Tags: женские голоса, отзывы
Subscribe

  • (no subject)

    У меня вообще много случалось в жизни абсурдного, причём низкосортно абсурдного, такого, что в приличном обществе и рассказать неудобно. Но…

  • Попытка подведения итогов

    Двадцать пятого августа у нас погибла младшая кошка, Сметанка. Диагноз: менингоэнцефалит как осложнение отита среднего уха, абсцесс ствола мозга,…

  • Ellen_solle умерла

    ellen_solle, Марина Ильинична Вирта. Всё, что на данный момент известно, -- в этом посте. Покойтесь с миром, дорогая френдесса. Вы…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments

  • (no subject)

    У меня вообще много случалось в жизни абсурдного, причём низкосортно абсурдного, такого, что в приличном обществе и рассказать неудобно. Но…

  • Попытка подведения итогов

    Двадцать пятого августа у нас погибла младшая кошка, Сметанка. Диагноз: менингоэнцефалит как осложнение отита среднего уха, абсцесс ствола мозга,…

  • Ellen_solle умерла

    ellen_solle, Марина Ильинична Вирта. Всё, что на данный момент известно, -- в этом посте. Покойтесь с миром, дорогая френдесса. Вы…