Ольга Майорова (maiorova) wrote,
Ольга Майорова
maiorova

Category:

Ещё немножко по следам оперы

А то забуду. Вчера написала, что молодежь в Cosi fan tutte мне решительно не понДравилась и никого из них я не жалею, потому что там жалеть нечего и некого. Сегодня же согласна с этим разве что наполовину.

Женихам не сострадаю ни капельки. Возможно, меня настропалил несколько сюрреалистичный пролог, где они сидят за бутылкой в масках буффонов, однако факт есть факт, буффоны они и суть. За чем пошли, то и нашли. Мало того, что Гульельмо и Феррандо без зазрения совести лгали девушкам, что "типа мы не нарочно, мы чтобы проверить" обольщали чужих невест, бегали за ними, грозили самоубийством... Вот что не терплю — эту ползучую дантесовщину. Отдайся, или я застрелюсь. Офицеры, цвет юношества! Слово солдата! Какое слово, какого солдата, ты сию минуту целуешь будущую жену своего лучшего друга, которому ты дал слово. Прекрати. Выпей брому. Жизнь наладится.

Так вот это ещё цветочки, ягодки созреют в будущей семейной жизни. Меня доконал, так сказать общественный аспект. Господа офицеры ещё и позволили себе войной шутить, для розыгрыша невест ещё и изобразив срочную мобилизацию и отъезд на фронт. А мы чего, а мы лобзиком, по приколу. Смотрите, какие дуры и квочки наши будущие жёны! Как повелись! А они не могли не повестись, эти квочки. Для них, для дур, Bella vita militar — не очаровательный моцартовский хор, а вой сирен и грохот рушащихся зданий. Они и вообразить себе не могут, что для того, чтобы уличить их, куриц, в неидеальности, понадобится симулировать целую войну. Я назвала бы Гульельмо и Феррандо беспринципными, но даже у беспринципных людей бывает некое представление о принципах, о том, что эти принципы должны существовать где-то как-то, пусть не в отдельно взятом моём рассудке, а... э... в принципе. Хотя бы в принципе принципы существуют. Только не у этих двоих. Кака така присяга, каки таки любовные клятвы, нам же важно доказать! Ну, доказали. Когда в сцене фальшивой свадьбы кроткими голосами поют канон, и в каноне время от времени прорезаются речи в сторону:

— Уж лучше бы вы действительно выпили яду, бесчестные лисицы! —

так и тянет спросить, господа честные лисовины, а вы чего ожидали? В точности воплотился старый ковбойский анекдот, где герои и деньги потратили, и навозу наелись.

Теперь о бесчестных лисицах, то есть, я хотела сказать, о невестах. Дорабелла, поверьте мне, умная женщина, которая ещё до появления липового доктора-месмериста раскусила и Деспину, и своего слабохарактерного жениха, и жовиального жизнелюбца Гульельмо, и к своему и общему удовольствию, будет с ними жить-поживать втроём, а то и вчетвером, нимало их не идеализируя и ценя в тот самый медный грош, который дуо сольди. Да и себя, знаете, оценивая не намного выше. Единственный человек, который ей непостижим, не вмещается в её сознание — это родная сестра, Фьордилиджи.

Из разговоров в фойе:
— Я только сейчас понимаю, какая у Фьордилиджи трудная партия!
— У неё не только партия, у неё и жизнь трудная.

А Фьордилиджи очень юна. Когда умненькая-разумненькая камеристка поёт "в пятнадцать лет женщина должна...", это же она не про себя и не про Дорабеллу, это она про Фьордилиджи. Плевать, что ты одна без мамы-без папы, что у тебя один свет в окошке — сестрёнка, которая говорит непонятные вещи, плевать, что на безлюдье даже служанка кажется кладезем мудрости. Ты женщина! А значит, ты должна! С подросткового возраста изволь гендерный перформанс, где надо — глазки, где надо — ножки, а если оступишься, тебя убьют к чёртовой матери. На своего Гульельмо (связался чорт с младенцем) эта восьмиклассница смотрит не просто снизу вверх, а из глубин ада на солнышко. Лучи слепят. Индивида за ними не видно. Отработать обязательную программу слёз, клятв и обмороков, чтобы влюблённый громовержец не угрохал молнией ненароком, а потом домой, в уютную тень девической спаленки, и уснуть, уснуть без сновидений. Общение с мужчиной изматывает её физически. И тошно, и стыдно, и жутко, и надо, а то разразят. Фьордилиджи кокетка? Фьордилиджи обольстительница? Да полно. Замороченный ребёнок-сиротка, у которого всё в голове обломалось, как в доме Смешанских. Тиций, Семпроний, Гульельмо, Феррандо, доктор с магнитом, нотариус с атрибутом своей профессии, гротескным свитком — поди определись в этой гофманиаде. У какого-нибудь романтика девятнадцатого века амурное безумие Фьордилиджи вылилось бы в трагедию, достойную пера Шиллера. Моцарт не был романтиком, он был честным человеком. Он смеётся.

Итак, младшая сестра влюблена. Младшая сестра бродит как поющая Офелия в розовом психозе. Старшая сестра понимает интриганов как облупленных и ввязывается в дурацкую интригу с переодеваниями единственно со скуки да из желания позлить малахольного жениха. Upd.: *ещё и, возможно, Гульельмо ей нравится не просто как будущий зятёк, и она видит смысл зятька как следует прощупать. Тогда проясняется, почему Дорабелла не делится своими подозрениями с Фьордилиджи. Бережёт дитя от разочарования, а себя от падения в глазах дитяти.* С другой стороны, именно Фьордилиджи, какой бы овцой её ни считали все стороны конфликта, единственная соображает, как разрубить гордиев узел: поехать на поле брани и там разыскать жениха. Трагикомичный выход изнеженной девочки в мундире и в кивере следует. Спроси Фьордилиджи сейчас некто мудрая-благоразумная голосом Фаины Раневской:
— Деточка, на что вы рассчитываете, вас же могут застрелить! —
Фьордилиджи ответила бы скучным голосом:
— На это я и рассчитываю.
Уже как угодно лучше, чем так. Феррандо оказался не самым худшим вариантом. Для того, чтобы распознать в девушке человека, ему оказалось достаточно увидеть её в военной форме. Но он же в финале бестрепетно наставляет ружьё и на ту, с кем обручён, и на ту, с кем так пылко и уже увлечённо объяснялся.

Тогда Дорабелла, корыстная, алчная, блудливая Дорабелла делает удивительную вещь. Зажмурившись от ужаса и дрожа, она заслоняет младшую сестру собой. Вся мизансцена начинает смутно напоминать документальную фотографию расстрела из времён Второй мировой. И тогда становится понятно, кто чего, в общем-то, стоит и чьи чувства имеют значение, а чьи так-сяк, антураж для прельстительных дуэтов.

Tags: отзывы
Subscribe

  • О бретонских святых

    С того дня староста не отказывал себе в удовольствии проверять время от времени невеликие мои знания. Стоило ему выяснить, что я умею читать вечерние…

  • Уроки политехнизации

    Один из первых отрапортовал об успехе внедрения общественно полезного труда Б. Покровский, секретарь Ленинградского обкома КПСС. Ленинградские и…

  • Политехнизация в школе: ошибка или гениальный прорыв?

    Котелок не варит, и в порядке отвлекающего средства продолжаю читать про Хрущёва: «Советская школа в 1950-е-1960-е годы» Г.М. Ивановой. Добралась как…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments