Ольга Майорова (maiorova) wrote,
Ольга Майорова
maiorova

Category:

Список книг, ноябрь 2019, часть первая

Расплачиваюсь с долгами! Первые одиннадцать книг прошлого месяца.

Мэрилин Ялом «История жены» – здесь я кратенько пробежалась по тому, что показалось наиболее интересным: https://fem-books.livejournal.com/1895898.html – но, конечно, на такую тему нужно целую энциклопедию. Нельзя объять необъятное, и история жены, чтобы не превратиться во всемирную историю человечества, превращается сначала в историю жены европейской, потом в историю жены христианской, а там и в историю жены американской (штатовской). При всём при этом – от текста не оторваться, особенно от «лютеранских» и «американских» глав, информация (для меня, по крайней мере) свежая и неожиданная. Другое дело, что, как только расположишься поудобнее и захочешь подробностей, неумолимо накрывает понимание: в книге пятьсот страниц, а не пять тысяч, и вообще, обратись-ка ты, сударыня, к библиографии. Обращусь. Это меня дважды просить не надо – обратиться к библиографии.

Эйко Кадоно «Кики и другая ведьма» – отличная штука! литературная сказка в чистом виде, как я успела по ним соскучиться... Грешным делом думаю, что на третьем томе японской писательнице следовало бы остановиться: https://fem-books.livejournal.com/1896797.html. Хотя, конечно, не мне её учить. Андерсеновская премия в очередной раз попала именно в те самые руки. А у ведьмочки по имени Кики появилась то ли заклятая подруга, то ли закадычная врагиня, как назло – а может быть, к счастью? – превосходящая Кики по всем статьям. И некогда остановиться и подумать, не проходит ли в этой суетной амбивалентности последнее лето детства...
Память ведь такое чудо, если вдуматься. Её не увидеть... но и не уничтожить. Чем не магия?

Эйко Кадоно «Кики и её любовь» – тут главной героине исполняется семнадцать, и сказка моментально заканчивается. Всё как в жизни. Вместо чарующей и непосредственной юной колдуньи перед нами взрослая девушка «без ремесла, без гроша за душой», умеющая только быстро летать на метле. Одна как перст. Папа с мамой не молодеют. Подруг нет. Друзей нет. Образования нет. Работы нет. Я лишь к четвёртой книге осознала, что Кики практически пробавляется подаянием. Любую оплату, хоть конфетку, хоть яблоко, она обязана принимать безропотно и благодарно, хоть целый день за яблоко пропахала. Какая любовь в этих условиях, Кадоно-сан, о чём вы? Тут не до жиру, быть бы живу: https://fem-books.livejournal.com/1896797.html.

Эйко Кадоно «Кики и волшебство» – тут дочитывала уже через силу и по ссылке смогла выцедить разве что несколько слов: https://fem-books.livejournal.com/1896797.html. Финальная часть, не побоюсь этого слова, пенталогии. М-да. Не то чтобы неудачная вещь, но поверьте мне на слово, вы ничего не потеряете, если остановитесь на четвёртом томе. С одной стороны, понятно, где-то надо ставить точку, и почему бы не поставить её традиционно – на свадьбе. Но с другой стороны, «уважаемый редактор, может, лучше про реактор?» Зачем так сурово? Есть жизнь и после замужества... какая-то... если можно так выразиться. По итогам, осилив пять томов, чувствую себя как та обезьянка:
Знаешь, делать все по велению души - это, конечно, неплохо, но ты только следи за тем, чтобы не уподобиться мартышке, которая чистила-чистила лук в поисках сердцевины, – дама резко раскрыла сжатую ладонь, – а там пус-то-та.
Ну, и о хорошем. Иллюстрации превосходные. Кот неизменно чудесен. И тоже, вообразите, женится.

Кэтрин Мерридэйл «Каменная ночь» – это можно классифицировать как читательский квест своего рода. Очень трудно книга далась, болезненно: https://fem-books.livejournal.com/1898351.html

Кристине Нёстлингер «Гретхен» – после огромного талмуда Мерридэйл захотелось чем-то развеяться. По злой иронии судьбы, это оказался почти такой же талмуд: https://fem-books.livejournal.com/1904453.html, трилогию издали под одной обложкой. Впрочем, я брюзжу. Главное, перевели, издали! Такой сюрприз перед праздниками. Одним словом, как «Онегина» называли энциклопедией русской жизни, так «Гретхен» – энциклопедия жизни австрийской. По крайней мере, венской, и по крайней мере, молодёжной, но именно что энциклопедией. Как раз для таких произведений в фем-букс существует короткий и ёмкий тег «бытописание». И этот девический и юношеский быт восьмидесятых годов прошлого уже столетия выглядит
а) менее политически ангажированным,
б) более вольным и пьяным
в) притом гораздо более спокойным и культурным, чем современный.
Гретхен и её одногодкам сейчас за пятьдесят. Любопытно, с каким чувством они перечитывают трилогию?

Ольга Кашубина «Как болел бы врач» – не сомневаюсь, многим советы доктора Кашубиной окажутся полезны, и полезны весьма. Другое дело, что целостного впечатления книга не оставила. Набор подсказок, которые сработают ли, не сработают – Бог весть. Это не в осуждение Кашубиной и всем прочим, пытающимся привести сложную и структурно запутанную вселенную постсоветской медицины к общему знаменателю. Труд нелёгкий и не всегда благодарный, но, судя по спросу на «Маленькие хитрости большого здравоохранения» и подобные сборники полезных советов – востребованный. Другое дело, в книге много сослагательного наклонения, того самого вредного «бы», которое заставляет задуматься: а если рассказать всему свету, как болеют врачи? Я бы внесла свою лепту. И к БАДам обращаются, и народными средствами пользуются, и тянут с визитом к специалисту до последнего, а коль и не тянут, становятся жертвами ошибок и непрофессионализма коллег не реже, чем простые смертные.

Евгения Басова «Изо» – здесь сразу надо оговориться: я люблю Басову, я ценю Басову, я ни одной её новинки не миновала, не ознакомившись хотя бы бегло. И мне близок её взгляд на мир, пусть он сто раз пессимистичный. Однако в «Изо» ощущается известный пересол. Ведь вслушайтесь, перед нами старая как мир история о простодушном талантливом мальчике из столицы и злобной провинциалке, которая влюбила, окрутила, женила на себе... как это принято говорить? Единственно, в нашем случае талантливый мальчик не мальчик, а девочка, и участникам драмы по десять-двенадцать лет. Таким образом, в читательской голове мутятся две противоположные тенденции. Тенденция номер один: а может быть, не надо так нагнетать? Не все же кругом безразличные или жестокие? Тенденция номер два: надо нагнетать, надо, https://fem-books.livejournal.com/1898924.html.

Дебби Танг «Быть книголюбом»https://fem-books.livejournal.com/1902542.html. Интересно, что шла я вообще-то за детской книжицей под названием «Я не люблю книжки. Вообще. Совсем. И точка». А мне отвечают, вы знаете, ещё не поступила. Зато есть – вот. И протягивают. На досуге попытаюсь подытожить, чем же Танг мне так импонирует. Уж не художественной манерой точно. Пытаюсь уловить неуловимые ощущения: свои среди чужих, чужие среди своих? Подчас мне думается, что Танг свои бесконечные и бессюжетные истории о неприспособленной девочке-одуванчике рисует из какого-то протеста. Вы, дескать, думаете, китайцы прагматичные, нахрапистые, напористые, плюются, рыгают и толкаются? Так позвольте усомниться, я китаянка, и я другая. Антистереотип, антишаблон? Всё одно не сформулировать, проведём по разряду необъяснимых пристрастий.

Кирсти Эконен «Творец, субъект, женщина» – зато с Кирсти Эконен вопросов нет. Финская исследовательница симпатична мне, и не только мне, своей дотошностью и упорным нежеланием сводить счёты, качать весы, строить и разрушать какие бы то ни было табели о рангах. Для неё властительница дум вроде Гиппиус и полузабытые, чтоб не сказать «совсем забытые» Аллегро или Вилькина внутренне равнодостойны. Пишем о Зиновьевой-Аннибал – напишем и о Нине Петровской, а не будем отговариваться неравноценностью творчества. Сейчас другой подход доминирует: писателей надо сталкивать лбами, надо любой ценой создавать конфликт. Хотите похвалить, допустим, Панову – пните по пути Довлатова. Видимо, считается, что это какой-то динамизм придаёт? На меня нападает, напротив, какой-то taedium vitae, Боже, и здесь дрязги. Очень жаль, что Эконен так рано ушла из жизни, и хорошо, что хоть одну её работу успели перевести: https://fem-books.livejournal.com/1898603.html.

Бенедикт Лившиц «Полутораглазый стрелец» – стихи я знала, ценила, однако потребности ознакомиться и с прозой они как-то не вызывали. Оказалось, что когда Бенедикт Нахманович даёт себе труд не быть новатором, он необыкновенно занимательный мемуарист, тонкий и остроумный прозаик, местами великодушно позволяющий себе перлы в духе:
Гумилёв, не переносивший никакой музыки, в особенности когда она принимала характер затяжного бедствия, застыл в страдальческом ожидании ужина.
– но от того ещё более милый. Да что греха таить, я весь «Садок судей» обменяла бы не глядя на стихотворное описание аракчеевской казармы. Я не филолог, мне можно. Подосадовала слегка, что раньше «Стрелец» не попался, вместо «Петербургских зим», вместо «Циников»... а можно и вместе. Во всяком случае, если сейчас составлять модную библиографию, «Десять мемуаров, которые...», «Полутораглазый стрелец» туда бы не вошёл, а влетел.
Tags: книги, список книг
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 19 comments