Ольга Майорова (maiorova) wrote,
Ольга Майорова
maiorova

Categories:

New look

Многоуважаемая eregwen уже не первый раз с начала года рассказывает о женщинах-модельершах XX столетия и показывает их работы – великолепные платья. Платья величественные, торжественные, царственные. Платья, абсолютно лишённые пошлости, грубого эротизма, платья, приближающие наш мир к идеальному… Стоит ли говорить, что я даже боюсь себя представить в этих одеяниях. Мне не пойдёт. Мне даже категорически не пойдёт.

А что мне идёт – диоровский стиль. Да-да, эти самые юбочки-колокольчики, прилегающие лифы и хрупкие плечики, которые издавна ассоциируются с французской элегантностью. Спросите, почему я так не одеваюсь?

А по идеологическим причинам.

У меня эта элегантность имени Диора вызывает идеологическое неприятие. Аж кушать не могу.

Знаете, с какой фразой она у меня ассоциируется? С «Чего изволите».

Ведь ещё вчера была война! Ещё вчера эти женщины копали траншеи, стояли у станков, держали оружие! Да, это было ужасное время, и Оста Холт в моей любимой книге «Малоземельного хутора летопись» вспоминает, каким глотком свежего воздуха казались эти платья после ватников и байковых штанов с начёсом. Но если посмотреть другими глазами: только что ты была сама себе человек, крепко стояла на ногах, и внезапно декорации переменились. Изволь быть «женственной», то есть на всё готовой, услужливой, улыбчивой, уступчивой, лёгкой, цокающей каблучками, а при этом работать полную рабочую неделю и ещё дома успевать на этих каблучках. Историки моды распинаются: Ах, ах, великий Диор вернул женщине право на слабость! Окститесь, пожалуйста. Какая слабость? Сами наденьте корсет, кринолин, каблучища, а сверху накиньте миленькое платьице, на которое ушло метров шестьдесят-семьдесят не самой воздушной ткани. Я читала в одном журнале, что некоторые платья от Диора весили тридцать с лишним кило. Бездна усилий прилагается для того, чтобы выглядеть слабенькой и хрупенькой. А основной цинизм в том, что твоя слабость и хрупкость, вернее, поддержание их иллюзии, тебя же и нагружает сверх меры. New look - это униформа рабыни, которая как бы демонстрирует, до чего ей нравится рабство.

Поэтому я гордо напяливаю семидесятовские брюки-клёш, в которых похожа на пальму в кадке, и китчевые prairie dresses с матрацными цветочками. Зато честно.

Tags: феминизмус, художества
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 46 comments