Ольга Майорова (maiorova) wrote,
Ольга Майорова
maiorova

Categories:

О Джеймсе Джойсе

Сегодня, 13 января, исполнилось семьдесят пять лет со дня смерти Джеймса Джойса. Умер он от осложнений прободной язвы, и последние слова его были:

- Неужели меня никто не понимает?

Вот недавно в "феминистках" был прелестный пост о том, как нехорошо бояться пауков и насекомых: тараканов там, термитов, волосатых бабочек и прочей энтомологической ахинеи. А вот я вам расскажу, чего боялся Джеймс Джойс, так вы, того гляди, его уважать перестанете. С отрочества ирландский писатель страдал кинофобией, кераунофобией и гидрофобией. И если первые две фобии, соответственно, собак и молнии, вопросов обычно не вызывают - ну, чудачество, случается в жизни, то гидрофобия, боязнь воды, здорово мешала и самому Джойсу, и окружающим. Ну, не мылся он. И переменить бельё - это надо было на мозги капать полдня, чтобы переменил. Извините за подробность.

А ещё Джойс гениально пел. У него это от отца было, Джона Джойса называли золотым тенором Дублина. Джеймсу предрекали потрясающее будущее камерного певца, если он, кончно, возьмётся за ум и бросит свои почеркушки. В какой-то мере так и случилось: автор "Улисса" и "Поминок по Финнегану" зарабатывал на жизнь уроками не только английского языка, но и музыки. К сожалению, записей пения Джеймса Джойса не осталось, а жаль. Поэтому ставлю вам романс The Lass of Aughrim (в русском переводе - "Лорд Грегори"), который в фильме "Нора" поют дуэтом писатель и его возлюбленная, Нора Барнакл. Юэн Макгрегор и Сюзен Линч.



- Да в чем дело? Почему ты плачешь?
Она подняла голову и вытерла глаза кулаком, как ребенок. Голос его прозвучал мягче, чем он хотел:
- Грета, почему?
- Я вспомнила человека, который давно-давно пел эту песню.
- Кто же это? - спросил Габриел, улыбаясь.
- Один человек, которого я знала еще в Голуэе, когда жила у бабушки, - сказала она.
Улыбка сошла с лица Габриела. Глухой гнев начал скопляться в глубине его сердца, и глухое пламя желания начало злобно тлеть в жилах.
- Ты была в него влюблена? - иронически спросил он.
- Это был мальчик, с которым я дружила, - ответила она, - его звали Майкл Фюрей. Он часто пел эту песню, "Девушка из Аугрима". Он был слабого здоровья.
Габриел молчал. Он не хотел, чтобы она подумала, что его интересует этот мальчик со слабым здоровьем.
- Я его как сейчас вижу, - сказала она через минуту. - Какие у него были глаза - большие, темные! И какое выражение глаз -- какое выражение!
- Так ты до сих пор его любишь? - сказал Габриел.
- Мы часто гуляли вместе, - сказала она, - когда я жила в Голуэе.
Внезапная мысль пронеслась в мозгу Габриела.
-- Может быть, тебе поэтому так хочется поехать в Голуэй вместе с этой Айворз? - холодно спросил он.
Она взглянула на него и спросила удивленно:
- Зачем?
Под ее взглядом Габриел почувствовал себя неловко. Он пожал плечами и сказал:
- Почем я знаю? Чтоб повидаться с ним.
Она отвернулась и молча стала смотреть туда, где от окна шла полоса света.
- Он умер, - сказала она наконец. - Он умер, когда ему было только семнадцать лет. Разве это не ужасно - умереть таким молодым?
-- Кто он был? - все еще иронически спросил Габриел.
-- Он работал на газовом заводе, - сказала она.
Габриел почувствовал себя униженным - оттого, что его ирония пропала даром, оттого, что Гретой был вызван из мертвых этот образ мальчика,  работавшего на газовом заводе. Когда он сам был так полон воспоминаниями об их тайной совместной жизни, так полон нежности, и радости, и желания, в это самое время она мысленно сравнивала его с другим. Он вдруг со стыдом и  смущением увидел себя со стороны. Комический персонаж, мальчишка на побегушках у своих теток, сентиментальный неврастеник, исполненный добрых намерений, ораторствующий перед пошляками и приукрашающий свои животные влечения, жалкий фат, которого он только что мельком увидел в зеркале. Инстинктивно он повернулся спиной к свету, чтобы она не увидела краски стыда на его лице. Он еще пытался сохранить тон холодного допроса, но его голос прозвучал униженно и тускло, когда он заговорил.
- Ты была влюблена в этого Майкла Фюрея? - сказал он.
- Он был мне очень дорог, - сказала она.
Голос ее был приглушенным и печальным. Габриел, чувствуя, что теперь ему уже не удастся создать такое настроение, как ему хотелось, погладил ее руку и сказал тоже печально:
- А отчего он умер таким молодым, Грета? От чахотки?
- Я думаю, что он умер из-за меня, - ответила она.


[Джеймс Джойс, "Мёртвые"]
Tags: женские голоса, книги, старые истории
Subscribe

  • О «Подписных изданиях»

    После долгого перерыва зашла в «Подписные издания» на Литейном: Господи, как же там всё переменилось-то! Были два этажа размером с хорошие спортзалы.…

  • А Питеры Пэны летят и летят

    Перечитывала на досуге Айрис Мердок, «Дитя слова». Хорошая книга, хулиганская. Если бы они под занавес утопились все разом, было бы ещё…

  • О бретонских святых

    С того дня староста не отказывал себе в удовольствии проверять время от времени невеликие мои знания. Стоило ему выяснить, что я умею читать вечерние…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments