Ольга Майорова (maiorova) wrote,
Ольга Майорова
maiorova

Categories:

Об уменьшительно-ласкательных

Любая мода завораживает, и особенно мода на имена. Мало того, что полные имена то идут в ход, то выпадают из обоймы на годы, на десятилетия, так ведь и на уменьшительно-ласкательные варианты есть свой "тренд". Это я ещё в школе обратила внимание, по прочтении пресловутого ефремовского "Лезвия бритвы". Там попадаются любопытные наблюдения, вот, например:


Я все не соберусь спросить,  кто ваш отец,  Тата?  Еще с первого раза, как назвали себя Татой, я удивилась потому, что это очень по-ленинградски, так же как и Туся.  В деревне и в Москве назовут Наташей, Талкой,  Алкой, а на юге Натой...

Так вот, вокруг меня из этого щедрого изобилия ласкательных вариантов были сплошные Наташи. Ну, ещё двух-трёх девочек называли иногда Натулями. Тату я знала, но её полное имя было Татьяна, а никакая вам не Наталья. Причём и в родной деревне, и в Ленинграде одинаково. Или вот, кто такая, на ваш взгляд, Аша? Что-то загадочное, восточное: Айша, Аэша, как у Хаггарда... Ничуть не бывало, старинное русское уменьшительное от Анны. В водевиде XVIII века "Анюта" крестьянин поёт о своей приёмной дочери:


Я деньги иссорил:
Ребенка воспоил
И воскормил;
И, дав ей имё Ашой,
Я назвал дочью нашой.


Жених, тоже крестьянин, но более отёсанный, кличет девушку Анюша, а любимый, который социально несколько выше - однодворец: Анюта. Был бы дворянин, Аннушкой бы величал, наверняка.

Но я не столько о социальном срезе, сколько о временном. Как будто тумблер переключается в определённый год. Вот сделалось модным  имя Анастасия. Казалось бы, четыре основных уменьшительных: Ася, Настя, Стася и Тася. Гуляй - не хочу. Ничего подобного. Все Анастасии - Насти, без исключений. После двухтысячного года стали аккуратненько появляться Аси, хотя ещё в 1999-ом я препиралась с однокурсницей, которая бездоказательно и голословно утверждала, что Ася есть никакое вам не уменьшительное, а отдельное полное имя. Стасю я знаю только одну. Подчёркиваю, одну. А про Тасю разве что у Довлатова читала.

С именем Александра еще заметнее. Бабушки все поголовно  - Шуры, тёти все поголовно - Саши, а сверстницы и не знают, что от Александры предусмотрено  ещё какое-то сокращённое. Саша, и никак иначе. Вообще сокращённые на -ура/-юра исчезли, как утренний туман. Анна - Нюра, Серафима - Сюра, Ксения - Ксюра, где оне? Анну Нюркой назовут только в шутку, и довольно обидную, кстати, а остальные варианты ещё вряд ли отождествят. Не так давно попалась статья, где упоминалась журналистка Стюра Зотова. Так большая часть комментариев посвящалась этому невероятному выпендрёжному имечку и неизбежной констатации: ну, точно еврейка. А между тем ларчик просто открывался: Анастасия - Настасья - Настюра - Стюра.

Совершенно не слышно уменьшительных на -ка. Один Жека остался, хотя на слух едва ли не самое прискорбное из возможных. А ведь у поколения наши бабушек и дедушек Гека, Пека, Мака, Мика, Бока, Люка, Кока от, соответственно, Геннадий, Пётр, Мария, Михаил, Борис, Людмила, Константин были вполне в ходу. Поколение "родителей" воспринимало их как устаревшие, но понятные. Вспомним Железникова: Боря, "чудак из шестого Б", недовольно просит соседку:
- Только не называйте меня больше Бокой!
Андрей Романов, всем известный под именем Дюша Романов, в детстве величал себя Дюка, а потом сам себя переименовал в более мягкого и благозвучного Дюшу. И несомненно, ходил белой вороной среди Андрюш.
А я, к стыду своему, не всегда понимала, от какого полного имени происходит уменьшительное на -ка. У Саиды Сахаровой в "Академии домашних волшебников" одна героиня носит имя Лёка. Так я годам разве к двадцати сообразила, что Лёка - Ольга, моя тёзка.



И совсем ушла традиция образовывать от имени шутливые прозвища, иногда по нескольку в разговоре. Даже если у собеседника хватит фантазии на  "Андрей, держи что-нибудь такое бодрей", Андрей обидится, и разговор не продлится. А вот у Куприна в повести "Как я был актёром" беседуют ветераны сцены:

- Да, брат Федотушка, не тот ноне актер пошел. Нет, брат, не то-от.
- Верно, Петряй. Не тот. Помнишь, брат, Чарского, Любского!.. Э-хх, брат!
- Заветы не те.
- Верно, Петербург. Не те. Не стало уважения к святости искусства. Мы с тобой, Пека, все-таки жрецами были, а эти... Э-хх! Выпьем, Пекаторис.
- А помнишь, брат Федотушка, Иванова-Козельского?
- Оставь, Петроград, не береди. Выпьем.

Tags: ономастика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 330 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →