Ольга Майорова (maiorova) wrote,
Ольга Майорова
maiorova

Categories:

Координаты родительства

Раскопала несколько страниц заметок, посвящённых российской учёной-психологу А.С. Спиваковской и её трёхмерной модели родительской любви. Звучит комично, но модель вправду превосходная: живо, оригинально, наглядно. Итак, вспомним школьное черчение и отложим три оси координат.

По X - горизонтали - у нас будет принятие-отвержение или симпатия-антипатия,
по Y - вертикали - уважение -пренебрежение,
по Z - близость-отдаление.

В качестве идеала напрашивается действенная любовь, сочетающая принятие, уважение и близость. Долго думала, какой пример привести из литературы. Ничего умнее, чем семейка муми-троллей, простите великодушно, в голову не
пришло.

Родитель более интровертного, не побоюсь этого слова, шизоидного склада, тот, кто ближе к Снусмумрику, а не к Муми-маме, скорее будет носителем любви отстраненной - симпатия и уважение наличествуют, но дистанция большая. Пожалуй, здесь подойдёт Виктор Банев и Ирма в "Гадких лебедях" братьев Стругацких, хотя "Виктуар" далеко не шизоид.

Действенная жалость - неожиданно звучит, не правда ли? Но по нему живёт огромное количество, осмелюсь предположить, что даже большинство, российских семей. Симпатия - есть. Близость - есть. Об уважении нет и речи. Кто читал Дубровина, "В ожидании козы", наверняка вспомнит маму двух ершистых мальчишек. А не читавшим предлагаю вспомнить мам в повестях В. Крапивина.

Любовь по типу снисходительного отстранения - да, это тоже любовь. В симпатии к своим отпрыскам снисходительно отстраняющимся родителям не откажешь. Однако уважения и близости нет, да к ним и не стремятся. Эх, ты, горе луковое! - как бы говорит такой отец (чаще всё-таки отец) - Нос не дорос со старшими разговаривать! Почему-то ассоциации у меня с батяней из рассказа Шолохова "Нахалёнок", но надеюсь, что читатели подскажут лучший вариант.

Отвержение с большой натяжкой можно называть любовью. Это сочетание антипатии, неуважения и выраженной межличностной дистанции. Грубо говоря, родитель с ребёнком не хочет иметь никакого дела. Этот стиль блестяще описал Ивлин Во в романе "Возвращение в Брайдсхед". — Мой дорогой мальчик, тебе уже двадцать два года... — Двадцать, — поправил я. — Двадцать один в октябре. — Только-то? Мне представлялось, что это тянется yже так давно...

Презрение похоже на отвержение, но тут антипатия и неуважение сочетаются с малой дистанцированностью,и более того, со стремлением затормозить естественное дистанцирование. В качестве идеала могу предложить Психимору из автобиографической трилогии Эрве Базена "Семья Резо". Психимора происходит от психопатка+кикимора. Этим прозвищем благодарные сыновья наградили злобную, отталкивающую мать.

А может ли антипатия сочетаться с уважением и близостью? Или для столько экстравагантного аккорда понадобится выраженная дистанция между родителем и ребёнком? Над этим вопросом стоит призадуматься...

Tags: детоньки, по специальности
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment