Ольга Майорова (maiorova) wrote,
Ольга Майорова
maiorova

Categories:

Get Me Out, тринадцатая глава, четвёртая часть

Рядом с полкой, уставленной игрушечными сперматозоидами, - множество фотографий самого Ротмана и членов его семьи со звёздами, а также семейные портреты с экзотических путешествий и громадный фотоколлаж, который он сам сделал на сорокалетний юбилей криобанка. У доктора есть трое красавцев сыновей. Судя по внешности, любой банк спермы отвалил бы за генетический материал этих юношей немалые деньги, но вклад в свой банк отец не разрешает им делать. С нашими высокими стандартами, говорит доктор Кэппи Ротман, такие вклады от родственников выглядели бы протекцией. Впрочем, если сыновья решат сдать сперму куда-нибудь ещё, доктор им этого не запретит. Если бы у него были дочери, утверждает врач, он был бы «счастлив, если бы любая из них забеременела [от донора]. С этими ребятами сближаешься, узнаёшь их. Превосходные молодые люди!» Вот на стене фото двух сыновей доктора Ротмана с Далай-ламой. Вот портрет самого Ротмана с Филом Донохью. На шоу Опры Уинфри он тоже был, только фотографий почему-то нет. Ротман торгует замороженной спермой с семидесятых годов и делал с предметом своего бизнеса по-настоящему странные вещи, которые подхватывали таблоиды и ток-шоу. Он, например, предлагал услуги забора спермы у умерших мужчин. (Любопытным предлагаю посетит ближайший морг и выделить сперму из яичек и придатков оных. Это возможно в течение сорока восьми часов после биологической смерти). Ротман — не первый, у кого возникла эта идея, но он, по определению одного журналиста, - заводила. Некая клиентка Ротмана родила дочь от мужа, который на момент изъятия спермы был четыре часа как покойником. Ротман забрал сперму сразу же после смерти, но её хранили замороженным до тех пор, пока не последовал заказ на оплодотворение. Многие были шокированы, но врач-бизнесмен ответил возмущённой общественности статьёй в медицинском журнале: «было бы неэтично отказывать безутешной вдове в надежде на продолжение рода, в помощи, доступной только посредством забора спермы. Основы медицинской этики заключаются в различении блага от зла, хорошего поступка от дурного». Лори Эндрюс, юристка, специализирующаяся на репродуктивных правах, критикует забор спермы у умерших и называет Ротмана и его единомышленников сперминаторами. [Примечание: В книге «Век клонирования» [Clone Age] Эндрюс пишет о множестве возмутительных экспериментов, включающих электроэякуляцию, позволяющую выделить сперму у мужчин, находящихся в коме. Она сравнивает эти опыты с искусственным осеменением скота].
Ротман не считает нужным проявлять толерантности к этически ориентированным врачам, которые привлекают к обсуждению медицинской проблематики мораль и нравственность. «Самая тяжкая гиря на ноге медицинских открытий», - написал он однажды, - «это не научные затруднения, а этические и юридические вмешательства». Управление по контролю качества пищевых продуктов и лекарственных препаратов он называет гигантской гориллой и планирует распространить рынок спермы в Китай и Россию.

Снаружи Калифорнийский спермобанк выглядит как небольшой пригородный универмаг — скромное каменное здание серовато-коричневого цвета с большими зелёными навесами. В таких домах под одной крышей уживаются Старбакс и канцелярская лавка.

Но изнутри Криобанк напоминает почтовый склад, доверху полный посылок. В подвале — огромный зал, просто набитый упаковками, завёрнутыми в коричневую бумагу для отправки. В одном углу чаны для замороженной спермы, в другом — замороженные эмбрионы, а в третьем — стеклянные пробирки с пуповинной кровью. Многие банки расширили производство благодаря хранению других биоматериалов. Если вы можете заморозить сперму, то почему бы не замораживать и всё прочее, за что деньги платят? Стены украшены огромными цветными фотографиями беременных женщин и сперматозоидов.
Один из упаковщиков — дюжий, доброжелательный мужчина из Восточной Европы. Он приподнимает крышку одного из чанов, чтобы мы могли полюбоваться ампулами со спермой. Пары жидкого азота поднимаются кверху, и интерьер зала кажется какой-то волшебной пещерой. (Доктор Ротман настаивает, и мы делаем фотографию: вдвоём, улыбающиеся, над чаном, доверху полным спермы. У него есть специальная доска, на которой вывешиваются его совместные фотографии со всеми журналистами, которые посетили криобанк). Каждый чан размером с пивной кег, да и видом похожий на пивной кег, вмещает две тысячи ампул, а каждая ампула, величиной с половину соломинки для коктейля, содержит около шестидесяти миллионов сперматозоидов. Не нужно быть математиками, чтобы понять: подвал Калифорнийского Криобанка — настоящее зимнее царство спермы. Ампулы с белыми крышечками вмещают биоматериал европеоидной расы, с жёлтыми крышечками — азиатский биоматериал, с чёрными крышечками — афро-американский, а с красными — биоматериал смешанного происхождения. Белых крышечек большинство. Банкиры утверждают — что представители белой расы — самые активные доноры, неведомо почему. Некий писатель в своё время обвинял банки спермы в отсутствии поддержки национальных и расовых меньшинств, однако был неправ. Банки спермы алчут разнообразия. Если у вас какая-нибудь редкая национальная или расовая принадлежность, вашу сперму примут с гораздо большей вероятностью, нежели «обычную». Ротман особо подчёркивает, что обычно доноров ростом ниже пяти футов девяти дюймов [175 см] отсеивают, но полнокровный низенький итальянец имеет все шансы. Итальянская сперма ценится на вес золота.

У Калифорнийского Криобанка три ответвления. Ротман живёт рядом с главной ветвью, связанной с Калифорнийским университетом, но есть ещё центр забора спермы неподалёку от Стэнфордского университета, и третий — между Гарвардом и Массачусетским технологическим институтом, который расположен в Кембридже, штат Массачусетс. Нет ничего удивительного в том, что криобанки открывают вблизи лучших учебных заведений — там ищут самых продвинутых интеллектуально доноров. Ротман, однако, утверждает, что всегда носился с идеей выбирать доноров «венчанных лаврами профессий». Венчанных лауреатских. [В оригинале: Noble, not Nobel]. Такие попытки уже предпринимались. С 1980 по 1999 годы богатый и хваткий зубной врач открыл криобанк, который пополнялся только семенем нобелевских лауреатов. В своём захватывающем исследовании «Фабрика гениев: курьёзная история нобелевского спермобанка» Дэвид Плотц выявляет, что от столь высокоумных доноров дети рождались среднего ума, а то и ниже среднего. Ротман, не упустивший случая сфотографироваться с Плотцем и вывесить фото на свою доску рассказал, что предложил принять под своё крыло образцы «нобелиатской» спермы после смерти владельца. Тот отказался. Ротман для своей «венчанной лаврами» коллекции обдумывает обратиться к пожарным, полицейским и медикам МЧС. Но сначала оценит спрос.

После многочисленных отсевов от общего количества мужчин, предложивших донорские услуги Калифорнийскому криобанку, остаётся менее одного процента. Журналисты любят шутить, что легче в Гарвард попасть чем в банк спермы. В действительности, если вы цже в Гарварде, это облегчит вам путь в банк спермы. Но не наоборот. Требуется быть умным, красивым, пройти несколько собеседований, касающихся семейной истории, и готовым заниматься онанизмом по меньшей мере дважды в неделю в течение года. Другие банки предъявляет похожие требования к трудному пути выбора доноров. Будьте уверены, нашлись и те, кто за сдельную плату консультирует потенциальных заявителей, как отвечать на вопросы: про дядю-алкоголика не распространяйтесь, а вот если кузен играл в футбол за команду Мичигана — не забудьте упомянуть его.
На главном этаже, выше хранилища, проводятся интервью и собственно мастурбации. Так называемые мастурбаториумы выглядят наподобие маленьких стерильных уборных без туалета. Они украшены плакатами с обнажёнными красавицами, стопкой порножурналов и маленьким телеэкраном, на котором беспрерывно идут эротические видеоролики. Ротман особенно гордится мастурбаториумом, дизайн которого разработал сам. В приёмной мается какой-то уставший юноша, весь в прыщах.
На следующем этаже — администрация и маркетинговый отдел. Молодые привлекательные сотрудницу проводят интервью, где оценивают внешние данные кандидатов и их готовность к мастурбации (а как это вообще можно оценить?). Женщины, которых называют координаторами доноров поясняют: мужчины отбираются по качеству спермы, по ответам в особых вопросниках, и наконец — по результатам личного собеседования . Каждому кандидату выдают график, напоминающий семиступенчатую пищевую пирамиду с широким основанием и узкой вершиной, как бы подчёркивающей, насколько нелёгок процесс отбора. База, первый шаг — это физические данные: рост, вес, возраст, качество спермы. Донор должен быть старше девятнадцати лет, но младше тридцати девяти. Верхний этаж — заключительный осмотр и подпись начмеда. Отказы высылаются по электронной почте и не содержат объяснения причин. Нет и возможности попытаться снова, улучшив свои результаты, и листа ожидания.
Администраторы заявляют, что после ряда собеседований, включая консультацию медицинского генетика, они получают точную информацию. Я же остаюсь при своих сомнениях. Большинство кандидатур — студенты, а для них девятьсот долларов в месяц за рукоблудие являются достаточным стимулом, чтобы закрыть глаза на генетически сомнительные яблочки со своего генеалогического древа.
Основная часть семейных пар выбирает донора, похожего на супруга, чтобы сохранить тайну от соседей и, возможно, от самого ребёнка. Одинокие женщины и лесбиянки выбирают внешность мужчины по своему желанию. Как же принимается решение? Для тех, кто терпеть не может просчитывать разные варианты, Калифорнийский Криобанк предоставляет за дополнительную оплату услуги личного консультанта. Ла'Трис А. Аллен — сотрудница консультативной службы. За шестьдесят долларов она полчаса проговорит с вами по телефону, после того, как вы уже изучили каталог, и сузит ваш выбор до приблизительно шести мужчин. За 120 долларов вы можете выбрать дюжину доноров и целый час обсудить с консультанткой каждую кандидатуру. За триста долларов вас, после телефонного разговора подберут донора по каталогу. А за пятьсот Ла'Трис встретится с вами лично и пройдётся по каталогу вместе с вами, как настоящая закупщица. Аллен показывает фотографии доноров с номерами в руках, но показывать их самих клиентам — табу. Некоторые клиентки приносят с собой фотографии нравящихся им мужчин из газет и журналов, на основании чего Аллен понимает их предпочтения. Она работает на этой должности семнадцать лет. «В прежние времена», - рассказывает консультантка, - «люди были рады уже самому решению проблемы бесплодия», теперь покупатели, особенно одинокие женщины и лесбийские пары «очень строги и разборчивы. Они решительно и настойчиво требуют то, что хотят получить. Что касается лесбийских семей, по утверждению Аллен, «они хотят донора идеального».

Доктор Ротман замечает, что выбор осуществляется по законам рынка. Согласно интервью заказчиц, наилучшим донором признаётся мужчина шести футов роста, с высшим образованием, блондин или шатен, с голубыми или зелёными глазами и с ямочками на щеках. Особенно важны ямочки.
Tags: get me out
Subscribe

  • В день рождения деда вспоминаю о нём...

    ... и, как водится, лезет в голову всяческая чепуха. Например, как он у нас в Саранске пропал. Ехали мы в Самару (тогда ещё Куйбышев назывался…

  • Годовщина

    Сегодня, двадцать девятого августа 2020 года, моему деду Юрию Герасимовичу Колесникову исполнилось бы девяносто лет. В этой фразе главное слово —…

  • О графе Монте-Кристо

    Перед смертью мой дед читал одну и ту же книгу. "Графа Монте-Кристо". Десять раз, двадцать, закончит второй том и опять берёт первый. Как…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments