Ольга Майорова (maiorova) wrote,
Ольга Майорова
maiorova

Categories:

Get Me Out, девятая глава, третья часть

Дикманн особо подчеркнул, что ни одному исследователю не удалось воспроизвести результаты Смитов. Намекал ли он, что данные подтасованы или попросту небрежно подобраны? И более того: Дикманн разгромил методологию Смитов, упирая главным образом на то, что в их исследовании не было контрольной группы. «Предотвращение выкидыша посредством ежедневного поглощения нескольких таблеток выглядит и вправду соблазнительно, однако тщательное изучение источников показывает, что большинство клинических данных не подкреплено адекватным контролем».С ехидством Дикманн включил в свою статью пошаговые инструкции, как правильно организовывать научное исследование. Собственная работа критика демонстрировала, что частота выкидышей у женщин, принимавших настоящее лекарство, оказалась даже несколько выше частоты выкидышей у принимавших плацебо. Однако он признал, что группа слишком маленькая, чтобы винить DES ещё и в этом прегрешении. В статье Дикманна делался вывод: DES неэффективен. Неэффективен не означает опасен.

В ответной статье Олив Смит саркастически замечала: «Наши обоснования эффективности стилбестрола [торговая марка DES фирмы «Эли Лилли»] - нечто большее, чем философия». Супруги критиковали работу Дикманна за недостаточную гомогенность групп. Они подчёркивали: гарвардское исследование было ограничено рамками группы высокого риска выкидыша, которым лекарство и пошло на пользу. Дикманн включил всех пациенток. Кроме того, супруги Смит прибавили, что неряшливые и неуклюжие исследования Чикагского университета никогда не одобрялись статистиками Гарварда. «Наш опыт применения стилбестрола по-прежнему удовлетворителен и вполне убедителен для клинических специалистов», - писали они, «Мы никогда не утверждали, что это панацея, но после десяти лет тщательного изучения и наблюдений за пациентками с плохими и вовсе безнадёжными прогнозами с самого начала беременности и назначения стилбестрола, Мы убеждены, что акушеры и гинекологи, последовавшие нашим рекомендациям в применении этого препарата при беременности поймут, что статья нашего коллеги, вышедшая сегодня утром.. не в состоянии опровергнуть очевидность».

Итак, престиж Гарварда с козыря побил чикагскую скрупулёзность. Фармацевтические компании горели рвением поддержать гарвардских учёных в их труде. Смиты были не простыми пропагандистами; они были уверенными и настойчивыми специалистами. Джордж Смит был врачом, который помог тысячам женщин родить здоровых (до поры до времени) детей. Олив Смит, талантливая учёная-биохимик, считала, что до тонкости поняла принцип действия стилбестрола. Однажды, она сказала врачу, беспокоившемуся о различных подвидах синтетических гормонов, что вполне себе представляет: малейшие отклонения от природного состава могут приводить к драматическим переменам в организме — как к лучшему, так и к худшему. «Синтетические гормоны — это лотерея. Думаю, со стилбестролом нам откровенно повезло». Чикагское исследование нашло стилбестрол неэффективным, но и не опасным, некоторые медики считали, что пока дальнейшие доказательства не появились, от лишней пилюли вреда не будет.

Но были и более насторожённые учёные. В 1960-е годы, когда DES давным-давно применялся повсеместно, некий австралийский врач прислал Смитам письмо, где сообщал, что его эксперименты на овцах показали: высокие дозы стилбестрола приводят к ужасным заболеваниям. И, поскольку животные — не лучшие предсказатели человеческих реакций , заключал австралиец, ему любопытно, проводят ли Смиты долговременное наблюдение своих пациенток и их детей. Также его интересовала возможность, что DES вызывает злокачественные опухоли отсроченно, через годы. «С моей стороны самонадеянно делать такие предположения,» - писал врач, - «но все мы помним, что связь курения и рака лёгких была установлена совсем недавно. Я также хочу добавить, что какие-то пятьсот лет назад все эксперты сходились во мнении, что Американского континента не существует, и сам Христофор Колумб был чрезвычайно удивлён!» Олив Смит учтиво отвечала, что за пациентками они не следят, но сама она уверена, что препарат безопасен. Её аргументы были столь убедительны, что австралиец написал второе письмо, прося инструкций, как начать лечение женщин-пациенток.

Что касается этих последних, их шансы получить DES зависели не столько от результатов каких-либо исследований, сколько от того, где учился их лечащий врач. Доктора, которые обучались у Смитов, чаще выписывали DES, чем другие специалисты. Врач из Калифорнийского университета Рой Питкин вспоминает, как его наставники в Университете Айовы обсуждали «абсолютно восхитительную статью» Дикманна. «Исследование было не рандомизированное, но слепое [ни врач, ни пациентка не знали, имеют ли они дело с плацебо или с настоящим лекарством]. Ответ был ясен. [DES] не только не оказывал никакой пользы, но, похоже, приносил вред».

Д-р Питкин добавил, что чикагское исследование всё-таки было не таким убедительным, как рассчитывали сами авторы. «Читатели, должно быть, говорили себе: «Ну, может быть, пользы особой не будет, но ведь и вреда нет!» Ведь что-то надо было делать, и бостонцы всем пропагандировали: вот, есть препарат, и препарат работает. Пациентки в те времена врачей слушались, и у использования DES есть чёткая географическая привязка. Если вы из Бостона, где стилбестрол распространяли, то с большими шансами вы его пили. С другой стороны, я учился в Университете Айовы, и нас обучали, что это лекарство, которое считали полезным, но впоследствии выявили, что это несколько не так. Не думаю, что кто-то из айовских выпускников выписывал DES. Так что обратный географический эффект тоже имеет место быть».

Дикманн тоже не вышел из переделки невредимым. Несколько лет спустя ему предъявили иск за дезинформацию в ходе медицинского эксперимента. Некоторые участницы утверждали, что им не сообщили, что в состав лекарства входят гормоны. Они полагали, что получают витамины для беременных.

Тем, у кого не было выкидышей, трудно, почти невозможно представить глубокую скорбь, которую испытывает женщина, потерявшая нерождённого ребёнка. В дни желанной беременности кажется, что весь мир тебе улыбается. Вы планируете будущее материнство, воображаете будущего младенца... И внезапно приходит день, когда, нередко после массивного кровотечения, перспектива стать мамой развеивается, как дым. Мечта превращается в кошмар. Возникает тревога: вдруг новая беременность закончится так же?

Представим себе женщину 40-х-50-х годов, которая страдает привычным невынашиванием и периодически читает статьи о чудо-средстве, которое дарит здоровых крупных малышей. Как тут не соблазниться обещаниями? «Было время, когда повсеместно считали: если у женщины случилось три выкидыша, её шансы родить живого ребёнка близки к нулю. Но теперь картина иная, » - писал «Домашний компаньон женщины», - «Современная медицина способна выявить нехватку гормонов. На сегодняшний день от 74 до 90 процентов женщин, которые страдали повторными выкидышами, могут пройти опасный период, принимая гормоны».

На одной чаше весов лежали туманные научные диспуты — вызывает эстроген онкозаболевания, не вызывает, эффективен DES, не эффективен, а на другой — вполне весомые очаровательные младенцы. Едва ли не у каждой была подруга или знакомая, которая принимала лекарства и родила вполне здорового на вид малыша. Некоторые женщины меняли врачей, когда те отказывались выписывать DES. Рекламная кампания была грандиозная. Тридцать девять из сорока двух женщин, страдавших привычным невынашиванием, выносили и родили здоровых детей благодаря ежедневным дозам эстрогена, сообщал «Тайм». «Научный прогресс открыл пути предотвращения выкидыша... как можно раньше предайте себя в руки гинеколога», - призывал женский журнал. «Я знаю, что стопроцентной гарантии от выкидыша не существует,» - заключала третья журналистка, - «но хотелось бы быть уверенной, что я сделала для своего ребёнка всё, что могла».
В 1968 году потерявшая первую беременность Синтия Лайтман Отенберг, которая сама занималась медицинскими исследованиями, боялась принимать эстрогены во время следующей беременности: «Хотя конкретно гормонами я не занималась и разбиралась в этой теме слабо, но знала достаточно, чтобы понимать: реакция организма на гормоны может быть самая неожиданная». Кроме того, Синтия была вполне осведомлена о недавних фармацевтических фиаско, которые с очевидностью показывали, насколько должна быть осторожна женщина, принимая лекарства во время беременности. Да и не только лекарства. Курение опасно для здоровья плода! - кричали заголовки тогдашних газет. И уж конечно, события вокруг талидомида не миновали ей пристального внимания. Лечащий врач госпожи Оренберг продолжал её уверять, что DES совершенно безопасно. «Беременные пьют эти пилюли уже лет двадцать, и поверьте мне, ничего ни с ними, ни с детьми не случается», вспоминает пациентка слова доктора. Её убедили.

Между 1966 и 1969 годом редкая форма рака влагалища, так называемая аденокарцинома влагалища, поразила семь молодых женщин. А ведь заметьте, злокачественные опухоли влагалища обычно возникают у пожилых. Однако из этих семи больных старшей было 22, младшей всего 15. Все они проходили лечение в Главной больнице штата Массачусетс.

Медики были сбиты с толку. Некоторым девушкам поначалу поставили неправильные диагнозы, потому что врачи и заподозрить не могли, что у таких молодых больных может оказаться рак влагалища. У некоторых только начались менструации, и когда они жаловались на чрезмерное кровотечение, врачи предполагали банальную нерегулярность месячных, типичную для девушек-подростков. Когда Джойс Батлер, DES-дочь, которой предстояло остаться в живых после рака влагалища, впервые пришла в поликлинику, её осмотрели и... предъявили обвинение в подпольном аборте.

На первый взгляд, онкобольные девушки ничем, кроме болезни, не отличались от своих здоровых сверстниц — до тех пор, пока одна мать не спросила онколога, мог ли повлиять препарат, который на принимала во время беременности дочерью, а именно DES, каким-то образом вызвать рак. Никогда до того времени лекарство, принимавшееся в период беременности, не связывалось с каким-либо заболеванием ребёнка, случившимся спустя много лет. Эти жалобы легко могли быть приняты за «обычную чепуху», который обыкновенно городят обезумевшие от тревоги матери умирающих детей. Ведь у неё не было ни медицинского образования, ни научной подоплёки для столь смелого вопроса, да и о фармакологии она понятия не имела. Однако д-р Артур Гербст, акушер-гинеколог, отнёсся к ним серьёзно. Весьма серьёзно.
Tags: get me out
Subscribe

  • (no subject)

    Апатия такая, что скоро уже начну фотографировать из окошка закаты и публиковать в ЖЖ. Сегодня, кстати, и закат давали отменный — багровый, полосками…

  • Орехово: где поесть?

    Вот она, наша мухоморная клумбочка: Правда, прелесть? Кстати или некстати, а попросили рассказать, чем мы там питались. Уж конечно, не…

  • Великий Новгород: где поесть

    Начну традиционную рубрику оптимистичной фразой: поесть в Великом Новгороде можно везде. Кроме шуток, на каждой автобусной остановке располагается…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments