Ольга Майорова (maiorova) wrote,
Ольга Майорова
maiorova

Category:

Get Me Out, девятая глава, начало

Глава 9. Отрава по рецепту, или Смертельное лекарство. DES

С 1938 по 1971 год миллионы беременных женщин принимали большие дозы синтетического эстрогена с целью предотвратить выкидыш. Научное название этого лекарства — диэтилстилбестрол, но большинству оно известно как DES. Трагическая ирония судьбы в том, что диэтилстилбестрол не только не спасал от выкидышей, но и наносил плоду чрезвычайный вред исподтишка, коварно подстерегая во взрослом состоянии. Мина замедленного действия не взрывалась многие годы после рождения ребёнка. В наихудшем случае DES вызывал редкую и неизлечимую форму рака влагалища. Так заболела примерно одна из тысячи женщин, матери которых принимали DES. Опухоль развивалась, когда девушки входили в подростковый возраст и далее до 30 лет. У некоторых женщин, перенесших это заболевание, удалены хирургически влагалище, матка и фаллопиевы трубы.

Тысячи, едва ли не миллионы так называемых DES-сыновей и DES-дочерей страдают бесплодием. Статистики, на которую можно положиться, не существует. Многие женщины, у которых выявлено хроническое невынашивание, - дочери матерей, систематически применявших DES. Также лекарство вызывало нарушения в развитии родовых путей, например, несостоятельность шейки матки, когда плод в буквальном смысле слова не удерживается в организме матери. Надо сказать, немалое количество DES-детей счастливо избежало побочных эффектов чудо-медикамента. Но практически каждая женщина, внутриутробно подвергавшаяся действию DES, страдает фиброаденомой влагалища. На клеточном уровне это предраковое состояние, способное в любой момент превратиться в злокачественную опухоль и требующее постоянного наблюдения врачей.

Вполне понятно, что тяжёлые заболевания приносят с собой психологическое страдание самим DES-детям, и их родителям. Матери прикладывали все усилия, чтобы выносить беременность, и в результате этих усилий произвели на свет дочерей, для которых рождение собственных детей — несбыточная мечта. Как пишут д-р Роберта Эпфель и д-р Сюзан Фишер в «Не навреди» [To Do No Harm], трагедия DES в том и состоит, что те самые люди, от которых ожидается защита новорожденных медики и сами матери — причинили самый большой вред. «Эпидемию последствий DES допустили не злонамеренные вредители, а апологеты заботливой помощи детям. Матери по неведению искалечили своих малышей, врачи искалечили своих пациентов». Как сказала однажды в интервью Пэт Коди, DES-мать и активистка по вопросам здравоохранения, «Вы не можете себе представить, что такое знать наверняка, что мои благие намерения вымостили моей доченьке дорогу в ад, что её жизнь в опасности из-за того, что я принимала назначенные доктором таблетки. Не перестаю себя винить. Когда я рассказывала дочери, от чего она заболела... Вы не можете себе представить».

Что в событиях вокруг DES кажется ещё более тревожным, так это многолетнее игнорирование доказательств его полнейшей неэффективности и более того — опасности. В 1959 году DES запретили для применения в птицеводстве — но не в гинекологии. [DES получали домашние куры и крупный рогатый скот для лучшего привеса и улучшения вкусовых качеств мяса. Какое-то время использование гормонов вызвало на птицефабриках настоящий бум. Но некоторые птицеводы забили тревогу: цыплята, получавшие DES, имели непропорционально развитую грудь и были полностью бесплодны. Несколько лет спустя автор научно-популярных книг Николас Уэйд называл DES “чрезвычайно опасным химикатом, применение которого вызывает далеко идущие последствия, главным из которых остаётся несомненная канцерогенность (1972). Однако в 1959 году немногие беспокоились о влиянии DES на младенцев...] DES перестали применять только в 1971 году, когда группа онкологов доказала связь его употребления со злокачественными заболеваниями. Другие побочные действия вскрылись через многие годы.

Кое-кто задаст вопрос: а о чём же думали сами будущие матери? Что заставляло их глотать непроверенные пилюли, не задумываясь о возможных отсроченных эффектах? В наши дни любая женщина, только почувствовав себя беременной, тщательно изучает все инструкции и читает рекомендации в интернете даже перед тем, как выпить диетической минералки. Откуда такое помешательство на DES?

Одним из мифов о деторождении, царивший в умах медиков со времён античности до пятидесятых годов, было утверждение, что никакие яды не проходят плацентарный барьер и не передаются через грудное молоко. Считалось, что этот подарок будущим матерям преподнесла сама природа во имя процветания рода человеческого. «Всегда существовало убеждение, что плацента обладает защитными свойствами. Даже термин существует: плацентарный барьер,» - рассказывает доктор Рой Питкин, почётный профессор акушерства и гинекологии из Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе. Сам термин уже подразумевает защиту. Плацента якобы баррикадировала подступы к плоду, обезопасив его от внешних влияний. Это помогает объяснить, почему женщины прошлого продолжали во время беременности курить. В «Домашнем компаньоне для женщин» утверждалось, что спиртное и табак «не играют значимой роли» для будущего ребёнка.

Существовали научные эксперименты, доказывающие обратное: крохотные молекулы, как раз из таких состояли некоторые медикаменты, свободно просачивались через плаценту. Но общепринятую медицинскую практику эти эксперименты не меняли, как не меняли они повсеместное, издавна сложившееся мнение женщин. Ещё в XIX столетии группа рассудительных врачей описала младенцев, у которых в тканях содержалось повышенное количества свинца или ртути, популярных тогдашних лекарств, в изобилии прописываемых в том числе и беременным. Французский физиолог Франсуа Маженди вводил камфару беременным собакам и обнаруживал повышенное содержание этого вещества в тканях эмбрионах. В Германии врач В. Рейтц добавлял в корм беременным крольчихам сульфит ртути (киноварь), и она выявлялась в тканях крольчат. Английский учёный У. С. Савори доказывал проницаемость плаценты от противного: делал инъекции стрихнина внутриматочно зародышам-щенкам, и собака-мать начинала корчиться в конвульсиях. С.С. Гутер, профессор акушерства в Марбургском университете, обнаружил хлороформ, применяемый для анестезии родов, в пуповинной крови новорождённых. «Исследования Гутера должны были встревожить терапевтов. Но не встревожили», - отмечает Дональд Катон, акушер-анестезиолог, автор исследования «Каким благословением для неё стал хлороформ: медицинская и социальная реакция на болевой синдром при родах. От 1800-х годов до наших дней». Четверть века спустя Поль Цвейфель, швейцарский физиолог поставил серию скрупулёзных экспериментов, чтобы доказать: если мать принимает хлороформ или ацетилсалициловую кислоту, то есть обыкновенный аспирин, лекарство неминуемо попадает в кровеносную систему плода.

Даже если оставить за скобками нашу несокрушимую уверенность в мощи плаценты, которая окружает плод, как неприступная Берлинская стена, существует ведь и вера в науку, в прогресс. Наибольшую популярность DES получил в пятидесятые годы, когда уровень оптимизма американцев был наиболее высоким, по сравнению с прошлым, да и, не исключена возможность, и с будущим. Мы видели себя победителями и на поле боя, и в лаборатории. Мы высаживались на Луне, сражались с коммунизмом и постигали мир болезнетворных микроорганизмов. Мы превращались в нацию потребителей и верили, что в потреблении заключается цель человеческой природы. Смесь лучше грудного молока. Гамбургер из Макдональдса лучше, чем домашняя кухня. Наши медики были сплошь Маркусы Уэлби [Примечание Майоровой: Маркус Уэлби — главный герой телесериала Marcus Welby, M.D., демонстрировавшегося телевидением США с 1969 по 1971 год, идеализированный образ врача], самые достойные и порядочные люди всех времён и народов. И если семейный доктор прописывал вам пилюлю, и утверждал, что пилюля предотвратит выкидыш, вы верили, что так оно и есть, рецепт спасителен и лечение поможет. Мы не были простодушными. Мы верили в систему.

DES как лекарство возник на той же волне развития фундаментальной науки и энтузиазма по поводу гормонов, что и, например, оральные контрацептивы. Супруги-доктора Джордж ван Сиклен Смит и Олив Уоткинс Смит, блистательная гарвардская исследовательская команда, которая пропагандировала DES, сотрудничала в одном подразделении с Джоном Роком, который первым провёл испытания DES, и в одном научном городке с Грегори Пинкусом, автором множества экспериментов на животных. В 1960 году, когда Управление по контролю качества пищевых продуктов и лекарственных препаратов санкционировало применение DES, но закрыло его продажу на несколько лет, опасаясь отсроченных осложнений, директор по медицине исследовательского фонда «Орто» обратился к Смитам с предложением подготовить для Управления экспертное заключение с просьбой разрешить продажу.

Фактически уже в 1946 году, когда первооткрыватели нашли практическое применение синтетическим гормонам, доктор Фуллер Оллбрайт, гарвардский эндокринолог, предположил, что DES может применяться, как оральное противозачаточное или, цитируя дословно, «гормональной терапии с целью контроля рождаемости». Его проницательная мысль, которую впоследствии вспоминали как «Пророчество Оллбрайта», уложилась в несколько параграфов на странице 966 внутреннего справочника по фармакологии. В кулуарах Гарварда Оллбрайт рассыпался в положенных восторгах касательно DES и его мягкого действия на гормональный уровень, а также вносил предположение, что ежедневный приём этого препарата будет предотвращать овуляцию и переносить менструацию на «наименее нежелательный день». В конце концов, пилюля была создана, но соотношение гормонов в каждой партии несколько отличалось, и соответственно, отличалось и действие лекарства.

Избыточный оптимизм по отношению к медикаментозной терапии для улучшения хода беременности или предотвращения оной привёл и к другому фиаско медицинской науки — введению в обиход талидомида, который часто путают с DES. Талидомид использовался для снятия утренней тошноты у беременных, но у начале шестидесятых годов выяснилось, что он вызывает врождённые пороки плода, например, отсутствие или недоразвитие конечностей. Благодаря доктору Фрэнсис Келси, бдительной сотруднице Управление по контролю качества пищевых продуктов и лекарственных препаратов, на рынке США талидомид не появился, но некоторые американки, жившие за границей, им лечились. Талидомидовая трагедия повергла общественность в шок. С ужасной наглядностью все увидели, что плацентарный барьер не неприступен. Кроме того, обнаружилось, что опыты на животных не предполагают пригодности препарата для людей. Беременным крысам и их крысятам талидомид не причинил никакой опасности.

DES-дети до поры до времени выглядели совершенно здоровыми. В первые 15-20 лет с начала применения DES сама мысль об опасности казалась абсурдной. В то время, как несколько врачей тревожились о возможной канцерогенности DES, большинство женщин читало вдохновляющие рассказы о благотворном действии гормональных препаратов. Тон, в котором обсуждали гормональную терапию, уже давал понять, что гормоны не воспринимаются как обычное лекарство. Они воспринимались как естественные средства восстановления природного равновесия в организме. В такой-то атмосфере DES одобрили к использованию, и в начале шестидесятых уже 6,5 миллионов американок лечились им на постоянной основе. Такова была обстановка в период создания и первых шагов препарата DES.

Tags: get me out
Subscribe

  • Get Me Out, эпилог

    Эпилог Есть захватывающий сорокатрёхсекундный документальный фильм о том, как тысячи клеток создают зародыш рыбки данио рерио. Это, возможно, самый…

  • Get Me Out, четырнадцатая глава, окончание

    А критики не успокаиваются: ведь фактически клиенткам всучивают непроверенную технологию. Американское общество репродуктивной медицины считает…

  • Get Me Out, четырнадцатая глава, вторая часть

    Вудраф – одна из немногих учёных, пытающихся расшифровать сигналы фолликулов, провоцирующие яйцеклетку к выходу из яичника и овуляции. «Два фолликула…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 20 comments

  • Get Me Out, эпилог

    Эпилог Есть захватывающий сорокатрёхсекундный документальный фильм о том, как тысячи клеток создают зародыш рыбки данио рерио. Это, возможно, самый…

  • Get Me Out, четырнадцатая глава, окончание

    А критики не успокаиваются: ведь фактически клиенткам всучивают непроверенную технологию. Американское общество репродуктивной медицины считает…

  • Get Me Out, четырнадцатая глава, вторая часть

    Вудраф – одна из немногих учёных, пытающихся расшифровать сигналы фолликулов, провоцирующие яйцеклетку к выходу из яичника и овуляции. «Два фолликула…