Ольга Майорова (maiorova) wrote,
Ольга Майорова
maiorova

Categories:

Get Me Out, шестая глава, начало

Глава 6. Роды как сон и забвение.

В 1914 году некая Шарлотт Кармоди прибыла в Германию, чтобы в комфортабельных условиях клиники, в горных окрестностях Фрейберга, произвести на свет четвёртого ребёнка. Её трое малышей остались дома в Бруклине, она же провела последние недели беременности в родильном доме, как на курорте. Но целью приезда миссис Кармоди оставалось родоразрешение новым, облегчённым методом. Узнала она о нём из статьи в журнале. Dammerschlaf, или сумеречный сон, как его называли в Америке, - это погружение роженицы на схватках в медикаментозный сон, благодаря чему весь процесс родов женщина проводит в опьянении, в забытьи. Кармоди вспоминает: "Первую порцию наркоза мне ввели в девять утра. Затем повторяли малыми дозами, и вскоре я погрузилась в Dammerschlaf. разбудили меня в 9 утра на следующий день, но ощущений никаких не было... только странное какое-то чувство. Я услышала крик моего ребёнка - впервые. Его принесли мне. А я даже не знала, что родила!"

И это незнание, по словам миссис Кармоди, и было наилучшей частью всего события. Ни мгновения от процесса родов не осталось в памяти родильницы. Просто легла в больницу на одну ночь, а утром нянечка подала ей вымытого и запелёнутого младенца. Опыт родов в искусственном сне - вернее, отвутствие оного - воодушевили Шарлотт Кармоди на крестовый поход в защиту безболезненного родоразрешения - или того, что ошибочно принимали за безболезненное родоразрешение.

Сумеречный сон популяризировали немецкие врачи Бернард Крониг и Карл Гаусс. Создавался он сочетанием морфина и скополамина - потенциально опасным для здоровья коктейлем, вызывающим амнезию и анальгезию, но не анестезию. А ведь между анестезией и анальгезией есть кардинальное различие.  Анальгезия предполагает уменьшение болевой чувствительности, а анестезия - полную утрату чувствительности, в том числе и болевой, а также бессознательное состояние. Амнезия же, в свою очередь, предполагает, что роженица испытывала боль - но забыла её. Есть о чём задуматься: а была ли боль, если о боли не осталось памяти? Или, как выразилась одна женщина, родившая в сумеречном сне: "Мне всё равно, что толкуют доктора о "забытьи". Для меня главное, чтобы больно не было... Ночь моего разрешения навсегда останется для меня ночью, вычеркнутой из жизни".

Первые два десятилетия ХХ века были парадоксальным временем, эпохой феминисток и флэпперов. По словам Стефани Кунц, впервые в истории женщины общались с мужчинами без дуэний, стригли волосы, курили, пользовались декоративной косметикой и танцевали танго. Они пьянели от коклейлей, заправленных кокаином, морили себя голодом в надежде достичь модной фигуры, подходящей для нарядов от Коко Шанель, говорили о сексе и сексом занимались. Данные разнятся, но от трети до половины студенток тогдашних колледжей начали половую жизнь до брака.

Иммигрантка из Литвы Лейн Брайант, урожденная Лина Химмельштейн,  запустила в производство первую линию одежды для беременных. Из индивидуального швейного  производства, приносившего доллар в неделю, вырос многомиллионный бизнес национального значения. Юбки с растягивающимся поясом стали удобной и безопасной альтернативой корсету, который многие женщины продолжали носить и в период беременности. Ведь приспособления, стягивавшие живот, позволяли беременным выходить в свет, не "выпячивая" своё интересное положение. Доктора приветствовали свободные наряды и осуждали корсет, который повреждал репродуктивные органы и удушал эмбрионы. На вопрос, когда беременной следует расставаться с корсетом, доктор Элис Стокман ответила: "За двести лет до зачатия".  [Примечание: Брайант и её второй муж, Альберт Малзин, пытались давать рекламу своей продукции в газетах, но годами ни одна редакция не желала печатать "непристойные" слова: одежда для будущих матерей. Наконец в 1911 году "Нью-Йорк Таймс" разместила одно крохотное объявление, и на следующий день вся продукция была распродана. Чтобы обойти запрет на рекламу, Брайант выпускала - и с колоссальным успехом - почтовый каталог моделей. Лейн Брайант, которую до сих пор называют гуру отношений "продавец-покупатель", обещала заказчицам полностью возмещать ущерб, который одежде наносили природные катаклизмы. И она сдерживала слово: например, восстановила гардероб пятидесяти восьми женщинам, чьи дома были
разрушены знаменитым взрывом 1947 года в Техасе. Но лучшее, что сделала Брайант, - расширила рынок, начав шить и одежду для полных, чем порадовала многих молодых матерей, которые так и не вернулись к добеременному весу.]

Платья от Брайант подходили для модной на рубеже веков пышной женской фигуры. Могучие, атлетические тела не только символизировали красоту, считались не только самыми привлекательными, но и самыми здоровыми. Хорошо упитанные женщины меньше страдают от токсикоза - убеждали медики. "Новый медицинский справочник для дам" включал цветную иллюстрацию "образца здоровья и красоты", на которой была представлена молодая женщина в нижнем белье, открывавшем небольшой животик и мощные бёдра. Матери поощряли дочерей за первый год обучения в колледже набирать так называемые 15 фунтов первокурсника [freshman 15]. Другая книга по медицине восхваляла полное телосложение: "Что может быть прелестнее, чем румяная, пышная молодая женщина! Материнство не предвещает ей никаких страхов и треволнений!"

В те дни, женщины боролись за право голоса, за право контроля над рождаемостью, а также за право выбирать, как именно производить детей на свет. Семена реформы посеяла Конвенция 1848 года в Сенека-Фоллз, конференция феминисток в штате Нью-Йорк, но расцветом женского движения следует признать первые два десятилетия ХХ века. Были основаны Национальная лига контроля рождаемости и её конкурентка - Лига добровольного родительства. Более чем полмиллиона человек за день до инаугурации Вудро Вильсона в 1913 году пришли посмотреть на марш женщин за право голосовать: полюбоваться "восемью тысячами участниц, двадцатью шестью платформами, десятью оркестрами и шестью колесницами", согласно Гейл Коллинз. Мэри Уэр Деннетт была осуждена за рассылку непристойных материалов почтовыми службами США - она высылала по почте брошюру собственного сочинения "Сексуальная сторона жизни: объяснение для молодёжи". Феминистки агитировали за Акт Шеппарда-Таунера по защите материнства и младенчества - государственную программу, финансирующую штаты на создание родильных и педиатрических клиник.  Также Акт Шеппарда-Таунера предлагал государственное спонсирование питания и обучения гигиене, обучения акушерок, визитов медицинских сестёр на дом для осмотра беременных женщин. Американская ассоциация медицинских работников яростно сопротивлялась принятию акта, утверждая, что "это будет шаг в сторону социализации медицины". В конце десятилетия акт был отклонён. Дамы из высшего света присоединялись к женскому движению, финансировали благотворительную деятельность, в том числе и поддержку беременных, рожениц и младенцев. Один благотворительный сбор денег на строительство родильного дома включал в себя обед в отеле Уолдорф-Астория и танцы до утренней зари...

Итак, новые "лекарства для родов" прибыли в США очень вовремя: в годы расцвета родильных домов и первой волны феминизма. Женщины всех слоёв населения начали верить в то, что роддома предоставляют самую лучшую и самую безопасную помощь в родах. Некоторые предусмотрительные женщины, конечно, предвидели, что роды в госпитальных условиях будут означать, что все бразды правления в руки получат врачи, и не желали, чтобы дело заходило так далеко. "Женщины Америки убеждены, что назначение обезболивающих препаратов должно быть прерогативой не только врача, но и самой матери," - писали адвокатессы Маргарет Трейси и Мэри Бойд в своей книге о сумеречном сне, вышедшей в 1915 году. Как ни иронично это звучит, но даже право на оглушение наркотическими средствами нужно было защищать с феминистической точки зрения.

Трейси, Бойд, Кармоди и их единомышленницы - все феминистки, все женщины, относившиеся к высшему классу - стали проповедницами "родов под наркозом" и основали Национальную ассоциацию Сумеречного Сна. Они ездили по всей стране с лекциями и агитацией, основывали фонды для создания роддомов с сумеречным сном, создали даже фильм о родах под анальгезией, демонстрировали собственных младенцах в универмагах, с тем, чтобы все желающие могли убедиться, что дети здоровые, публиковали их фото в женских журналах  - пусть умолкнут скептики! Из выступления Кармоди перед группой женщин в Вашингтоне: "Ради блага и удобства материнства мы должны принять право на безболезненное деторождение. Наша задача - сплотиться и настаивать на том, что мелики нашей страны обязаны принять эту методику, внедрять её и не позволять лишать нас обезболивания".

Шло время; сумеречный сон во время родов входил в моду, особенно среди богатых женщин и тем более -  среди тех богатых женщин, которые не боялись спорить с врачами. Среди влиятельных членов ассоциации были активистка контроля над рождяемостью Мэри Уэр Деннетт, писательница-феминистка Мэри Бойд, а также Мадлен Талмаж Форс-Астор, вдова мультимиллионера Джона Джейкоба Астора. (Эта пара была на борту "Титаника", Мадлен, беременная на пятом месяце, осталась в живых, Джон Джейкоб погиб). Некоторое время президентское кресло ассоциации занимала миссис С. Темпль Эммет, внучка Астора.

История Ассоциации Сумеречного Сна, возможно, в большей степени, чем любой другой организации, созданной на рубеже веков,  иллюстрирует рвение и силу духа феминисток того времени, нарастающий гнев по отношению к профессиональным медикам-мужчинам и мощь средств массовой информации в формировании общественного мнения. Сумеречный сон стал не просто способом принятия родов, а объектом феминистического стремления. Как сказала однажды Кармоди: "Сумеречный сон прекрасен, но если мы, женщины, хотим получить его, за него придётся побороться".
Tags: get me out
Subscribe

  • Вот мы и дома

    Больше всего понравилось мне в Новгороде по нему ездить. Необычное чувство. Домики мелькают, дачи, халабуды, особняки, вот опять домик с весёлой…

  • А как вас по матушке?

    Большая статья на "Афише" о матчествах, точнее, об отчествах, произведённых от имени матери:…

  • Редкие имена Амурской области

    Новость, конечно, очень свежая, трёхлетней давности, но я натолкнулась только сейчас: В канун женского праздника амурское отделение Пенсионного…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 14 comments

  • Вот мы и дома

    Больше всего понравилось мне в Новгороде по нему ездить. Необычное чувство. Домики мелькают, дачи, халабуды, особняки, вот опять домик с весёлой…

  • А как вас по матушке?

    Большая статья на "Афише" о матчествах, точнее, об отчествах, произведённых от имени матери:…

  • Редкие имена Амурской области

    Новость, конечно, очень свежая, трёхлетней давности, но я натолкнулась только сейчас: В канун женского праздника амурское отделение Пенсионного…